Книга Спящая Красавица, подъём!, страница 30 – Анастасия Разумовская

— Вы лично знакомы с королём Анри? — мило поинтересовалась я, давая понять, что извинения приняты.

— Да, но не то, чтобы близко. Скорее пересекались. Незадолго до того, как королева его свергла и заключила в темницу, я участвовал в королевской охоте. Почти нечаянно.

Я рассмеялась:

— Это как? Как можно случайно участвовать в королевской охоте?

Он ответил таким же смехом. Да нет, не таким же: очень искренним и добродушным смехом.

— Представляете… Ой, Ваше величество, извините. Я, наверное, кажусь вам очень дерзким…

— Нет-нет. Я и сама не очень жалую этикет. Когда мы с вами наедине, пожалуйста, отбросьте церемонии. Ну, до некоторой степени, конечно… Представьте, что беседуете не с королевой, а просто с… дамой.

— Благодарю. Я не так давно маркиз, признаться. Со мной занимались лучшие учителя, но нет-нет, да и прорывается… Впрочем, об этом слушать вам будет скучно. Итак, это случилось лет пять назад, Его величеству тогда было шестнадцать, а мне семнадцать. У меня два старших брата, и отец перед смертью завещал одному мельницу, другому осла, а нам с сестрой достался Кот.

— Кот? Но… позвольте, а кто же из ваших братьев стал маркизом? И… странное наследство.

— О нет, Ваше величество. Мой отец не был аристократом, он был простым мельником.

— Весьма любопытно. А зачем вам кошка, если нет жилья, в котором она могла бы ловить мышей?

— Не кошка, Кот. Это было прозвище старого слуги. Он всё спал и ел, дремля на кухне, и поэтому его прозвали Котом. Так себе, скажу, богатство — содержать дряхлого бездельника, но…

Это оказалось до дикости странная история о старом плуте-слуге, маркизе — колдуне и людоеде, — весельчаке-короле и прекрасной принцессе. Не обошлось и без магии, но и без неё всё было так уморительно, что я хохотала, словно девочка.

Когда новоявленный маркиз закончил рассказ о своих необычных похождениях, я прищурилась:

— А вы говорили, что неженаты. А между тем, король выдал за вас принцессу.

— Да. Но на следующий же день после нашей свадьбы злая королева бросила Его величество в темницу, а наш брак с Эллен признала недействительным.

— Как это?

Арман внезапно зарумянился и отвёл взгляд. Я приподняла бровь.

— То есть… вы хотите сказать, что не консумировали его? Первой брачной ночи не было?

— Я был идиотом, — вздохнул маркиз, краснея. — Мы с королём на свадебном пиру основательно набух… приложились к щедрости королевских винных погребов, и, боюсь, я изрядно разочаровал юную супругу, когда заснул прямо на коврике у брачного ложа.

Я расхохоталась, представив эту чудную картинку. Маркиз тоже засмеялся.

— Милосердный Боже, Ваше величество, простите, мне так стыдно о таком вам рассказывать! В моё оправдание: я был очень юн.

— У брачного ложа? То есть, даже не на брачном ложе?

— На коврике.

Я закрыла лицо руками, запрокинула голову, пытаясь удержать до неприличности громкий ржач, и головной убор слетел с головы вместе с вуалью. Ветер тотчас подхватил и покатил шляпку по каменным плитам. Арман бросился за ней, догнал, поднял и обернулся ко мне. Застыл.

— Вы потрясающе красивы, — прошептал хрипло.

— Дайте, пожалуйста, мою вуаль.

Он послушно протянул было, но тотчас убрал руки за спину.

— Нет! Нельзя скрывать такую красоту под дырявой тряпкой.

— Арман!

— Нет.