Книга Волшебница по распределению, страница 104 – Валентина Савенко

— Лечить умеешь? – выпалили мы с Миреллой.

— Теоретически. Исцеляющие зелья со времен обучения не готовила, – честно призналась она.

Так, опять мимо.

— Нам нужна настоящая… многофункциональная ведьма. – И я знала только одну такую: – Мирелла?

— Да поняла, конечно, летим!

— Я с вами, – решительно заявила Макс.

Я начала отдирать от низа рубашки длинный лоскут. Надеюсь, что точно запомнила формулировку запрета. Иначе пса я спасу… и сяду в тюрьму. И плакала тогда опека над девочками.

Хаос подери!

Может, написать письмо Дамиану? Он же ловец, точно умеет исцелять. Нет. Неизвестно чем он там занят, поэтому не факт, что появится мгновенно. Пес попросту недотянет до его лечения.

Все эти мысли за долю секунды пронеслись в моей голове. Я вздохнула и сильнее рванула рубашку.

— Не знаю, зачем ты это делаешь, но… – Макс цапнула ее с другой стороны и… дернула.

Раздался треск, ткань выскользнула из рук, и я осталась ну в очень короткой рубашке, полностью открывшей живот. Виновато улыбаясь, Макс протянула мне длинный лоскут шириной в ладонь.

Взяв его, я покрутила будущую повязку. Лишь бы мачеха была дома!

— Постойте! – На площадку выскочил Хедвик, на ходу запихивая лист бумаги в конверт.

И помчался к нам, перескакивая через лужи. Его увесистая сумка подпрыгивала, звякала и гремела, словно внутри ее была как минимум кузня. Вместе с молотом и наковальней.

— На всякий случай, – добравшись до нас, смущенно кашлянул кобольд и разжал пальцы.

Письмо тут же вспыхнуло золотом и пропало.

— Мы и без Дамиана справимся, – нахмурилась Макс. И с сомнением добавила: – Наверное.

Вот и у меня было одно «наверное» в голове!

Я завязала оторванным лоскутом глаза, присела, положила ладонь на шею тихо вздыхающего пса, во вторую понятливо вцепилась Мирелла. Там же запястье обхватили тонкие холодные пальцы кобольда, чуть повыше еще одни, теплые – Макс. На талию лег драконий хвост.

— Что вы на нее, как виноградины, вешаетесь? – возмущенно фыркнула фея. – Макс, за меня держись! А ты, ушастый, за Макс! Чешуйчатый, не примазывайся, сам доберешься!

Дракон недовольно рыкнул, но хвост исчез. Все пальцы тоже. Сквозь ткань было ничего не видно, только где-то внизу сверкнул золотистый отблеск пути.

А дальше я зажмурилась, чтобы точно соблюсти требования закона: «Первый месяц ведьме запрещено видеть родных»!

Прибыли мы домой громко. С грохотом!

Видимо, рухнула на пол сумка кобольда. Пес слабо заскулил, сзади бабахнула о стену входная дверь и что-то подозрительно захрустело.

— Куда морду суешь?! – возмутилась Мирелла, отпуская мою руку. – Косяк выломаешь!

— Не выломаю, я только одним глазом, уже поместился, – виновато пробубнил дракон.

— Поместился? Да ты заткнул дверь не хуже пробки! И крыльцо почти снес!

— Не снес, – оскорбился дракон. – Так, погнул… маленько…

— Эн! Кат, Софи! – рявкнула фея.

Обычно после таких воплей наше семейство неслось узнавать, что и где стряслось.

Сбоку тихо скрипнула дверь кухни. Эн… Когда удивлялась, она все время забывала, что призракам даже стены не помеха. Вниз по лестнице простучали каблучки.

— Ари? – воскликнула Софи.

— Тебе же нельзя нас видеть! – подхватила Катарина.

— Уходи, а мы притворимся, что тебя тут не было! – хором сказали они.

— А я вас и не вижу. – Я дотронулась до повязки. – я не могу уйти, – легко похлопала по шее пса.