Книга Дракон и ее библиотекарь, страница 38 – Нинель Мягкова

Мы, конечно, могли бы миновать и оборотней тем же способом, что и ушастых – под пологом. Никто бы нас не заметил. Но проблема в том, что на границе двуликие ставили эльфам метки. Взаимная неприязнь рас выливалась в мелочные придирки к отдельным их представителям. Задерживаться на территории Фольмара и пересекать ее дозволялось только со специальным оттиском, подделать который довольно сложно. Я запросто могу изменить кожу и имитировать штамп, что и делала по пути сюда, а вот Таннис так не сумеет. Потому придется официально проходить таможню.

Оборотни отнеслись к нам ожидаемо настороженно. В здание блокпоста заходить не разрешили вовсе, издалека кинули артефакты-диагносты, и подошли лишь когда матовые белесые шарики позеленели. Значит, вампиризма нет.

— Надолго к нам? – деловито поинтересовался писарь, перенося наши данные с документов в книгу записей. Их периодически сверяли с эльфийской стороной, выявляя нелегальных мигрантов. В основном среди эльфов, ищущих приключений. Оборотням в Эльдоре затесаться сложновато, а наоборот – запросто. Уши спрятал – уже и человек. По запаху две расы почти не отличаются, разве что от лесного народа тянет чем-то древесным, лиственно-хвойным. Но поди пойми, духи то или личный аромат?

— Проездом, – прощебетала я, включая обаяние на полную. Тщетно. Двуликие ценили в девах стать и породу – то есть перед и зад. Особенно зад. Ни того, ни другого у меня в изобилии не водилось.

— К людям? – нас окинули оценивающим взглядом и добавили какую-то пометку. – Ну-ну.

— Руку! – буркнул старший пограничник.

Я молча вытянула перед собой конечность запястьем вверх, поддернув рукав свитера. После небольшой заминки Таннис последовал моему примеру.

Пятнадцать лет назад таких сложностей не было. Отношения двух народов обострились с расцветом эпидемии. Поскольку эльфы почти не болели и не пускали к себе никого, не важно здоровых или зараженных, их невзлюбили все. В особенности вынужденные соседствовать с подверженными вирусу человеческими территориями оборотни. Мохнатые тоже были бы рады закрыть границы напрочь и никого не пускать, но вот незадача: они сильно зависели от людей в торговом плане. В частности, в том, что касается провизии. Мебель, ковры и предметы роскоши двуликие наоборот, экспортировали. Если закроются – им жить будет не на что и очень голодно. Приходилось терпеть.

А эльфы бесили их еще больше своей самодостаточностью и независимостью.

За что получали неприязненные взгляды и штампы на руки.

Пока я миновала Фольмар, сто раз порадовалась, что приехала как человек. От меня шарахались, но без неприязни. Чисто в целях безопасности. Сейчас же на нас с Таннисом косились так, будто мы лично сожрали матушку пограничников.

Матушек. Всех.

Кожу обожгло холодом. Магическая печать въелась не хуже татуировки, обеспечивая нам неделю свободного пребывания на территории оборотней. Дальше либо обновлять в ближайшей мэрии, либо на выход.

Ну, мы за это время как раз доберемся до Вальдена, так что продление неактуально. Но все равно унизительно.

— Все. С вас два золотых! – злорадно оскалился оборотень.

Этот, похоже, превращался в волка. Было в нем что-то такое, хищно-оголодавшее.

Я безропотно отсчитала монеты.

Желтоватые глаза на человеческом лице пограничника смотрели настороженно и цепко. Отчего-то мне стало не по себе. Словно ко мне примеряются, как бы меня надкусить.