Книга Запретные чувства, страница 31 – Нинель Мягкова

— Нас не так уж много, — снова перехватил инициативу Орвел. — Особенно женщины все наперечет. Учитывая специфические обстоятельства, при которых находят тела…

Мне не нужно было спрашивать подробности. Я видела их в разуме Валенса так же ясно, как если бы побывала на месте преступления сама. Ведь это он и золотой обнаружили тело.

Чтобы не выдать себя, пришлось сглотнуть и нацепить привычную маску ледяного спокойствия.

Не хочу пробуждать у них обоих лишний стресс дополнительными вопросами.

— Скорее всего, эльфа привлекает именно ментальный фон жертвы, — пояснила я, понимая, что с этой стороны им данных взять было неоткуда.

Мы не менее скрытны, чем драконы.

— Я постараюсь сымитировать похожие излучения. За настоящую драконицу не сойду, конечно, эльф сразу видит другого эльфа. Но знакомые вибрации должны заинтересовать маньяка. И когда он на меня клюнет, я сообщу о его личности вам.

— Это очень благородно с вашей стороны, — вмешался неожиданно Орвел. — Но что вы будете делать потом?

— Когда? — притворилась я непонимающей, хотя внутри все похолодело.

— Когда мы найдем убийцу. Вам же придется раскрыться, правильно я понимаю? — Золотой оказался слишком проницателен. А по нему и не скажешь! Узрел самую суть проблемы. — Вы же будете излучать эмоции. Вас не попытаются задержать и вылечить?

— Это не проблема, — отмахнулась я. — После того как мы раскроем преступника, я уйду с Изнанки. Насовсем.

— Что? — изумилась Раймонда. — Но это же невозможно!

Валенс нахмурился. Ему явно не понравилось, что я от него скрываю что-то важное.

А я таки скрывала. И еще какое!

Глава 11

Меня подхватили на руки и, не обращая внимания на слабые протесты, усадили на колени к рассерженному дракону.

— Итак, в чем сложность ухода с Изнанки? — рычащим голосом поинтересовался Валенс, переводя взгляд с меня на Орвела и Раймонду, по очереди.

Ладно, целительница может что-то знать, но золотой-то откуда пронюхал?

— Это очень опасно, — сообщил золотой. Предатель! А я так хорошо все спланировала… — Точнее, чаще всего оторванный от Изнанки эльф просто умирает.

Вот чего я точно рассказывать Валенсу не собиралась, так это сей небольшой нюанс.

На моей талии стиснулись жесткие ладони, кожу сквозь рубашку кольнули когти. Возможно, оборачиваться полностью мой дракон не мог, но частично, под влиянием эмоций — запросто.

— Ты не умрешь! — поставил меня перед фактом Валенс.

Я обернулась к нему и бережно погладила по скуле.

— Я уже умираю, — сообщила грустно, но уверенно. — Я бракованная, помнишь? Мое сознание расщепляется, скоро я не смогу держать щиты. И либо сойду с ума, либо меня насильно реабилитируют. Одно другого не исключает. Им даже меня ловить не придется: вот она я, на Изнанке, готовенькая. Лучше сдохнуть быстро, чем протянуть еще лет десять трудолюбивым овощем на фабрике коробок.

— Тебе плохо? Сейчас? — напрягся Валенс еще сильнее, требовательно вглядываясь мне в лицо, словно рассчитывал найти на нем отпечаток страшной болезни.

Напрасно. Снаружи я выглядела, пожалуй, даже лучше чем обычно. Убедилась в этом утром, глядя в зеркало его спальни. Но я не обольщалась. Еще один приступ, подобный вчерашнему, меня точно убьет. Или раскроет. Вопрос еще что хуже.

— Сейчас все хорошо, — я через силу улыбнулась. — Но надолго ли?