Книга Запретные чувства, страница 30 – Нинель Мягкова

По слухам, даже Меддер старался не лезть в чужие головы слишком часто — велик риск увлечься и подчистить что-то жизненно важное, личностнообразующее, тем самым испоганив себе репутацию. Кому захочется иметь дело с менталистом, который случайно превращает здоровых в пускающих слюни идиотов?

Другое дело реабилитация, там воздействие оправдано, да…

Но сейчас я была совершенно убеждена, что сумею подкорректировать даже не воспоминания, а отношение к ним. Приглушить боль утраты, ярость от бессилия и ненависть к самому себе за то, что не сумел, не успел, не спас… Эта бешеная смесь эмоций и сейчас хлестала от Орвела во все стороны, так что даже абсолютно лишенным зачатков ментального дара драконам рядом с ним должно становиться не по себе.

— Хорошо! — неожиданно быстро согласился золотой. Я приготовилась уже доказывать и убеждать, но пришлось закрыть открытый было рот. — Но при одном условии. Я хочу знать, какой у тебя план.

— Сымитировать жертву, — пожала я плечами.

Возразить по поводу того, что со мной перешли на неформальный стиль общения, и в голову не пришло. Это же друг моего дракона, значит и мой тоже.

— Как именно? — продолжал допытываться Орвел.

Я тяжело вздохнула. Сложно объяснить человеку, как работает магический дар, если у него оного нет. Драконы не люди, но ментально обделены точно так же.

Решила начать издалека.

— Насколько мне известно, маньяки всегда выбирают похожих жертв. — Не слишком тактично, но зато золотой наконец-то прислушался. — Если мы действительно имеем дело с эльфом, то ментальный план очень важен. Я бы сказала, это эссенциально. Кроме этих двух девушек, кто еще пропадал?

— Две драконицы на южном побережье, в разных кланах. Еще одна на востоке. Шесть в центральной части страны. Они все жили обособлено, мы бы и не узнали о происходящем, если бы не заподозрили неладное и не начали копать, — мрачно пояснил Орвел. — Все убийства списали на грабителей и неизвестных моральных уродов. На юге действительно в то время орудовал один псих, и так совпало что почерк был похож… Но связаться с драконицами не каждый маньяк рискнет! Нет, только эльф сумеет заморочить бедняжке голову так, что она сама к нему побежит! Ничего личного, милая, я чисто теоретически.

— Никаких обид, — вздохнула я.

И правда, не могу же я одна быть ответственна за целую расу? В себе я была совершенно уверена, что ни к каким убийствам не причастна. А вот о матери, например, такого уже сказать не могла.

— К счастью, все они наблюдались у региональных целителей. Они же делали вскрытие, поскольку иные расы до наших мы не допускаем даже после смерти, — подхватил Валенс. — Собственно, так мы и связали концы с концами. Раймонда помогла.

— Мы обмениваемся знаниями и сведениями с коллегами, — вмешалась хозяйка дома. — От этого частенько зависит выживание вида. Мало ли, новый вирус, экзотическая инфекция, проблемы с оборотом…

Тут все повернулись и посмотрели на Валенса. Он небрежно передернул плечами.

— Мой случай чисто психологический. Сама знаешь, — с деланной беззаботностью отозвался он. — Физически никак не лечится.

— В общем, мы общаемся, — снова заговорила Раймонда. Она почувствовала себя неловко, оттого что подняла болезненную для лидера клана тему, и поспешила переключить всеобщее внимание. — И когда я сказала, что у нас исчезла драконица, одна из коллег заинтересовалась подробностями.