Книга Самая с(т)ильная няня, страница 29 – Нинель Мягкова

— Какие? — сонно спросила Кайли.

Ей было интересно, но глазки закрывались сами собой.

Что ж. Лекция по психологии убаюкивает ничуть не хуже сказки на ночь.

— Есть люди, которые одаривают любовью. Покупают игрушки, платья, украшения, вкусную еду. Все, что можно обеспечить деньгами. Ну и зарабатывают их, по мере сил. В этом их забота о родных.

— Дядя как раз такой! — хихикнула малышка. — А я не понимала, что он так мне говорит что любит. Думала, откупается.

— Откупается! Слова-то какие ты знаешь! — я легонько щелкнула не по годам умненькую девочку по носу и продолжила: — Есть те, кому важно проводить с тобой время. Поиграть вместе, пообниматься, посмотреть… эээ в окно, например.

Чуть не сказала «фильм». Объясняй потом полночи, что это такое!

— Это ты! — торжествующе ткнула меня пальчиком в живот Кайли. — Значит, ты нас тоже любишь?

— Конечно! Вы такие милые, особенно Кейн!

Мы прыснули уже вдвоем. Ершистому подростку совершенно не подходило определение «милый».

— А еще?

— Еще есть те, кто предпочитает действия. Принести цветы, нарвав их в чужом саду. Починить руку кукле. Подшить ей платье, если порвалось. Перенесут через лужу, чтобы туфельки не намокли. Четвертый язык — прикосновения. Погладить по голове, обнять, поцеловать.

— Мама так делала, — вздохнула Кайли и закопалась мне в подмышку. Ей там почему-то лежалось уютнее всего. — Но она и платья куклам шила. И играла со мной…

— Бывает, человек говорит сразу на нескольких языках.

— Как я на бреторском и кервальском? — снова оживилась мелочь.

— Именно! — подтвердила я, понятия не имея о чем речь.

Зарубежные державы, наверное. Я еще даже карт местных не видела, деревня деревней.

А надо ли мне это, ведь охота на детей по идее закончена?

Или нет?

Завершено ли расследование?

Может, я уже свободна и меня завтра домой отправят⁈

От навязчиво зудящего вопроса я чуть не сорвалась с места и не побежала искать дознавателя прямо сейчас. Останавливали меня только остатки логики, что подсказывали — идея дурная. Найти его не найду, а проблем огрести могу. Мне же сказали сидеть дома и не высовываться!

— А пятый какой? — сонно пробормотала девочка.

Я так долго молчала, что бедняжка почти отрубилась.

— Пятый — язык слов. Когда вслух произносишь: «Ты хорошая, самая лучшая в мире, я тебя люблю».

— Я тебя тоже люблю, мамочка… — прошептала Кайли и умиротворенно засопела.

Я же застыла, как замороженная.

Только этого не хватало!

Возможно, она просто оговорилась. Выдала подсознательное за действительное. Привыкла желать спокойной ночи родителям, вот и вырвалось.

Но глубоко внутри холодный голос разума твердил, что я влипла.

Малышка успела ко мне привязаться и заместить мной родительскую фигуру. Как мне теперь выпутываться, ума не приложу.

Хорошенько укрыв девочку, я убедилась, что магический ночник горит на минималках, и крадучись вышла в темный коридор, тщательно прикрыв за собой дверь. Насколько мне известно, по ночам Кайли сомнамбулой не бродит, но на всякий случай стоило бы попросить комнату поближе к детским, а не на другой стороне дома. Вдруг кому из них кошмар приснится, а я не услышу?

Занятая размышлениями, я отступила назад и споткнулась о чью-то ногу, да еще и врезалась в широкую грудь. Ее обладатель охнул, но не пошатнулся.