Книга Особенности перевода, страница 40 – Нинель Мягкова

— Это что? – Патетически вопросил папа, вскакивая с места и подсовывая ей под нос экран телефона. Анна отстранилась, разглядывая картинку.

— Это мы. – Осторожно ответила она.

— На мотоцикле! – Возопил оскорбленный родитель. – Моя девочка, мое сокровище, на этом небезопасном, смертоносном адском изобретении врагов человечества! Меня чуть инфаркт не хватил. Как ты мог?

Это уже обращались к Диего.

Анна решительно заслонила его собой.

Парень не понимал ни слова, видел только, что на него орут и размахивают руками явно угрожающе. Ругались по-русски. Папа Анны говорил только на ломаном английском, что не мешало ему заключать международные сделки мирового масштаба через переводчиков. Поэтому, в частности, он не возражал против получения Анной подобного образования – как можно потом на штате сэкономить!

— Папа, это мой байк. Я пригласила Диего покататься.

Рассказывать про аварию при знакомстве и прочие подробности как-то было некстати.

— Может, вы продолжите разговор где-нибудь еще? – Недовольно подал голос Эстебан. Анна осознала, что из всей беседы испанцы поняли только интонацию, и теперь нервничали.

— Да-да, мы пожалуй пойдём! – Она подскочила, подхватив под локотки родителей, и уверенно потащила их на выход. Мама не сопротивлялась, папа пытался развернуться и пообщаться поближе с Диего, но Анна была непреклонна.

— Я тебе позвоню! – одними губами прошептал Диего, закрывая за гостями дверь.

Он и правда позвонил, поздно вечером.

— Родители в панике. Рвут и мечут, не хотят иметь ничего общего с русской мафией. Я их пытался убедить, похоже, бесполезно. Их заклинило.

По крайней мере, он незаметно для себя начал объединять Исабель с отцом в понятие «родители», отрешенно подумала Анна. Хоть какая от меня была польза.

— Я пригрозил, что уйду из дома. – продолжал тем временем Диего. – Отец говорит, что тогда лишит меня не только акций, но вообще всего – кроме пентхауса, он на мое имя. Примешь меня без гроша?

Он полушутил, но Анна чувствовала разрывающие его эмоции.

И приняла горькое для себя решение.

Она не станет препятствием для воссоединения семьи. Они только начали нормально общаться, и теперь из-за неё все грозит развалиться.

— Я бы приняла тебя любым, но не смей уходить из дома. Остыньте, обсудите все завтра на свежую голову. Я не хочу, чтобы из-за меня ты ссорился с родными. Мне от одной мысли плохо.

— Ну если ты так хочешь… – задумался Диего. – Ладно, сегодня больше с ними ругаться не буду. Но я за нас буду бороться, имей в виду!

Анна вяло согласилась, и они попрощались. На душе скребли кошки. Что-то ей подсказывало, что из этой ситуации так просто им не выпутаться. Это вам не банальная неустойка.

Они с родителями проговорили весь вечер. Мама сочувствовала разбитому сердцу дочери, но Диего не одобрила.

— Если он не пошёл за тобой сразу, уже не придёт. А раз он не ценит и не бережёт свою девушку, грош цена ему как ухажеру. – отрезала она.

Папа был согласен с поставленным диагнозом. Он жутко оскорбился, когда узнал, что его приняли за мафиози.

Анну поставили перед фактом – на понедельник вечер куплены билеты. И на неё в том числе. Если Диего позвонит и скажет, что все улажено, она может остаться. Папа на этом пункте скрипнул зубами, но сдержался. Мама продолжала: