Книга Под покровом тайны, страница 57 – Нинель Мягкова

Элизабет, в свою очередь, тихо лезла на стену со скуки. В Библиотеке ей было чем заняться - и уборка, и приведение в порядок стеллажей, и посетителям помочь книгу или свиток найти. Теперь все ее задачи заключались в сопровождении принцессы. Везде. С утра до вечера.

Скука смертная.

Девушка вставала рано утром, приводила себя в порядок с помощью Муны - хорошо, хоть служанку позволили оставить. Пытались заменить, вроде молоденькая и неопытная, придворной даме положены умудрённые службой девы. Ничего, отстояла.

Потом Элизабет положено было присутствовать при умывании принцессы. Самая доверенная придворная дама поливала из кувшина принцессе на руки, другая подавала мыло и зубной порошок, третья держала наготове полотенце. Элизабет стояла с кучкой не настолько доверенных в дальнем углу и просто наблюдала.

Даже в родном Тюдорском дворце не разводили столько пиетета. Король умывался сам, задачей слуг было только принести тёплую воду и унести мыльную. То же касалось принцесс. Свиту Элизабет вообще свою видела только по праздникам и на торжествах, в остальное время лишь периодически натыкаясь на стражников. Да за едой прислуживали несколько расторопных девушек и парней.

Здесь один только завтрак принцессы превратили в целый ритуал. На каждое блюдо своя подавальщица, больше десяти разных сортов закусок, неизменный рис.

И одни палочки с ложкой, чтобы все это есть.

Элизабет еле впихивала в себя чашку чая и булочку по утрам, и совершенно не представляла, как бы давилась таким плотным завтраком на месте несчастной девочки. А та ничего, справлялась. Клевала по кусочку с каждого блюда, доедала рис - и вставала из-за стола. Остатки трапезы шли в помойку и сжигались, потому что через остатки пищи можно было, по древним поверьям, навести на евшего порчу. А принцессу тщательно берегли от сглаза и дурных мыслей.

В то время, как в деревнях на окраине страны дети умирали от голода.

Элизабет молча кипела у стеночки, не имея права даже голоса подать.

Утром до обеда принцесса чаще всего прогуливалась по территории, если погода позволяла. Если нет, вышивала. После обеда - не менее помпезного, чем завтрак, - иногда читала. Или вышивала.

За ужином принцесса и принцы составляли компанию Императору в его покоях. После шла процедура омовения, для чего была отведена целая комната. Занимало это не меньше двух часов. Пока намылят-смоют, пока умастят помытое.

Элизабет, опять же, стояла у стеночки.

На второй неделе она озверела.

Да еще и дочь министра Минг, Суи, стала все чаще посещать принцессу. Будучи официально в свите, ее статус дочери министра позволял ей ночевать дома, вне дворца, и появляться у принцессы лишь изредка. Теперь же она зачастила. И постоянно подкалывала Элизабет. Весть о том, что девушка приемная кондзийка, и была найдена без сознания в открытом море, облетела дворец быстро. Раньше никто не интересовался девушкой - ну еще одна швея, подумаешь. Когда ее назначили Хранителем Библиотеки, поползли слухи.

Теперь же, став придворной дамой, Элизабет вызывала просто нездоровый интерес. И Суи его искусно подогревала, задавая всякие провоцирующие вопросы. Например, каково это - спать в компании целой матросской команды. Или как давно Элизабет сбежала из дому и почему, и не выгнали ли ее на самом деле с позором. Тонкие такие намеки, на которые девушка отвечала, сдерживаясь из последних сил, чтобы не нахамить.