Книга Грани обмана, страница 48 – Нинель Мягкова

Вот лежат письма без присмотра целую ночь. Возница ушел и ни охраны не оставил, ни замка не навесил. Приходи кто хочет, бери что надо.

Да и берут, поди.

А если письмо какое важное? Или ценности в посылке?

Я немного полежала, внимательно прислушиваясь к звукам снаружи. Где-то невдалеке всхрапывали и хрустели чем-то коняги. Человеческих шагов вроде бы не слышно. Повозившись, осторожно приоткрыла брезент и выглянула. Не хватало еще свалиться кому-нибудь на голову!

Во дворе стояла тишина, прерываемая разве что влажным шуршанием, с которым лошади собирали со дна кормушек остатки овса. Дилижанс поставили вплотную к конюшне, рядом с еще двумя повозками с какими-то тюками и коробками, переложенными сеном. Прятаться в них сразу я не рискнула. Кто знает, что там внутри, впотьмах не понять. Вдруг еще и пассажиров везут? Вот они удивятся, обнаружив зайца!

Посмотрю утром, решу по ходу дела.

Заскочив в пустующий денник, я наощупь выдернула из котомки чистое платье и быстро переоделась. Старое, со следами мучной пыли, запихала обратно в котомку. Отчищу, пригодится. Если отпороть и заменить воротничок с манжетами, а еще немного изменить юбку — получится универсальная форма горничной. Видела я нескольких в Тормоте. Там свои богачи тоже водятся, а на качественную одежду прислуге раскошеливаться не спешат.

Стянула парик, отправила вслед за платьем. Был соблазн сунуть его куда-нибудь в сено, но найдут ведь! А мне очень выгодно, чтобы Уинтроп и дальше гонялся за немой блондинкой.

Вряд ли он заподозрит болтливую шатенку с легким акцентом, даже если столкнется со мной нос к носу.

Мужчинам вообще не свойственно запоминать черты лица. Вот размер груди — это да. Цвет волос. Дальше уже идут частности, подделать которые не составляет труда даже среднестатистической барышне. Губы накрасила — уже другой человек.

Уинтроп, конечно, дознаватель, специалист и все такое, но что-то мне подсказывает, что гоняться за приглянувшейся девицей ему раньше не доводилось.

Сняла сеточку, выдернула шпильки, с большим облегчением встрепала пятерней упругие пряди. Кожу тянуло из-за слишком тугого пучка, но что поделать, иначе будет заметно, что волосы не мои. Сейчас позволю голове отдохнуть, а с утра сверну какую-нибудь гульку. Разгуливать без головного убора служанке еще позволительно, а с распущенными волосами быстро заметят, осудят, а после и оштрафовать могут за непристойное поведение.

Трактир был довольно большой, а лошадей в денниках всего пять. Две от дилижанса, по одной кляче на телегу, и еще одна, возможно, кто-то путешествует верхом.

Значит, постояльцев немного. Повезло.

Вычислить пустующие комнаты по темным, наглухо закрытым ставнями окнам не составило труда. Всех прибывших уже давно расселили, и вряд ли еще кто-то приедет посреди ночи.

В этот раз, чтобы подняться на уровень второго этажа, пришлось левитировать котомку. Тонкие лямки трещали, но я справилась. Воровато оглядевшись, убедившись, что во дворе никого нет и мой фокус никто не видит, я взмыла в воздух и, ловко подняв магией защелку на ставне, скользнула внутрь.

Комната действительно оказалась пуста. На всякий случай я еще проверила, не лежат ли где вещи постояльцев. Мало ли, попались любители посидеть, выпить, пообщаться подольше. Но нет — этот номер и впрямь свободен.