Книга Ледяная корона, страница 124 – Ева Верми

До них дошло не сразу. Стирия так вообще стояла со скрещенными руками на груди, недовольно зыркая в нашу сторону и явно не разделяя наши настроения. Как же я сразу не поняла, услышав название портрета? Сестра поставила ударение на другой слог, отчего я не узнала имя.

— Это та звезда, что ты искала? – догадался Никос. Дубхе смотрел на меня не менее потрясенно.

— Этот тот самый маг, которого проклял Ичес.

— Нашла что вспомнить, – недовольно буркнул Ичес. – Может, тёзка просто.

— Вы не нашли ни единого Поляриса, когда я просила, – не менее недовольно ответила я, через мгновение переключившись на сестру. – Стирия, ты сказала, что Артифекс твой любимый художник, так?

Сестра буркнула «да» в ответ.

— Он пишет с натуры или по памяти? Или это портреты вымышленных магов?

— Нет, все маги на картинах – настоящие. Артифекс видел их своими глазами, – нехотя подтвердила сестра. Тогда нам точно нужно купить эту картину. Я развернулась к Мераку, чтобы обнаружить, что его там уже нет. Богини, какое счастье, что Стирия сбежала именно сюда. Я повернула голову к сестре и тут же бросилась ее обнимать:

— Стирия, милая моя снежинка, спасибо тебе! Ты так мне помогла!

— В чем? Чем я тебе помогла? – удивилась сестра. – Так я прощена?

— Ни в коем случае, – улыбнулась я. – И я строго накажу того, кто помог тебе в этом. Но я никогда не забуду, как ты мне помогла сегодня. Никогда.

Улыбка испарилась с лица сестры на этих словах. Думаю, сестре еще предстоит ощутить на себе ярость маминого гнева. Мне лишь хотелось знать, кто изображен на картине и почему он похож на Дубхе, а также кто помог сестре сюда выбраться. Мерак вернулся с пустыми руками, чем очень меня расстроил.

— Я договорился о покупке, но она возможна только после окончания выставки. И я немного соврал, – виновато улыбнулся Мерак, – он думает, что я покупаю от лица Энионы.

— И что он хочет? – уточнил Ичес, видимо, понимая, к чему клонит Мерак.

— В идеале – ее личного присутствия, он хочет ей передать картину прямо в руки. Но я думаю, что главное скрыть от него нынешнее положение дел с ней.

— Ну в Аэтерне ее мало кто знает, вряд ли станут это обсуждать, – пожал плечами Никос.

— Вы такие злые! Эниона хорошая! – воскликнула Стирия.

— Стирия, эта дамочка едва не угробила твою сестру, так что мы очень к ней снисходительны, – покачал головой Ичес. Стирия была уже достаточно взрослой, чтобы понимать такие вещи, но, к сожалению, или не хотела нам верить, или просто упрямилась. Главное, что мы ее нашли здоровую и невредимую, остальное – пустяки.

* * *

Вернувшись домой, мы все смогли выдохнуть. Все, кроме Стирии. Она, надутая, гневливая, быстрыми широкими шагами направилась к замку, у самого входа встреченная родителями. Папа, видимо, вернулся уже домой и был посвящен в побег младшей дочери. Стирия стояла перед родителями и всем своим видом демонстрировала негодование и злость. Мама строго и молчаливо осматривала дочь, а папа начал речь, и, судя по всему, она была не выплеском гнева родителя к своему ребенку, а заготовленным монологом

— Понравилась выставка тебе? Надеюсь, ты смогла насладиться свободой возомнившей себя взрослой девушки.

— И что? Накажете меня теперь? Заперли меня в этом замке!

— Стирия, – строго оборвала речь дочери мама. Мы с братьями стояли в стороне, заинтересованные судьбой младшей сестры. Мерак и Дубхе неловко переступали с ноги на ногу, явно чувствуя себя не в своей тарелке, но и уходить не торопились. – Имей совесть хотя бы помолчать и выслушать нас.