Книга Лунное солнце, страница 31 – Ева Верми

— Сыно… – заметив мой гневный взгляд, она исправилась: – Полярис, многие, возможно, и не поверили бы. А вот такая, как Ирбэ, – да. Не она первая, не она последняя.

Что-то во мне перемкнуло. Проблемы в семье, известие о моем происхождении – все это выбило меня из колеи. Мой брак рассыпался из-за того, что я не знал, кто я такой. Я был слеп всю свою жизнь, хоть и не по своей вине. Слишком дорого мне встала ошибка двух магов.

— Никогда тебя не прощу, – заявил я, глядя на совершенно незнакомую мне женщину. – Это из-за тебя у нас такие отношения с отцом, из-за тебя меня возненавидела сестра, из-за тебя Ирбэ тогда напала на нас и едва не убила. Вся моя жизнь – обман. У меня даже мать ненастоящая оказалась. Если ты думаешь, что я поверил в этот бред с Богиней, то ты держишь меня за последнего идиота. Если же и сама веришь в это, тогда даже и не знаю, что тут сказать.

— Но ты же сам все видел! Ты видел свет! – закричала Ува. Из моей груди вырвался надрывный смех в ответ. Возможно, вовсе не моя жена сходила с ума, а я?

Посмеиваясь, я направился к выходу. Ува вцепилась в мою руку, умоляя поверить ей.

— Отпусти! – рявкнул я с такой силой, что впору было упасть, но Ува продолжала держаться за меня. Тогда я прямо-таки оторвал ее пальцы от себя и отшвырнул.

Я не разговаривали с ней с тех пор. Порой мне казалось, что именно в тот день я начал гнить изнутри.

Глава 14. Советник

Пэриш, 1050 год

Признаться, когда я узнал, что Нивис пытается покорить силу огня, я был потрясен. Зачем ей это? Что она пытается сделать? Огонь ей не подчинится. Да и с чего ей это взбрело в голову? Мне казалось, она решила вернуть себе свое имя. Я не верил, что в предсказании говорилось о ней. Оно хоть и не слишком иносказательное, и все же кое-какие вопросы имелись. Пока что самой загадочной частью было про золото, холод и ледяную грудь. Если Ирбэ за решеткой, тогда что может угрожать отныне Неоре?

О Богини… Что я должен сделать? Я хотел уехать. Даже говорил об этом с Вреникой, просил собрать детей, но оставался на месте. Мне нужен был развод. Я перевез бы детей куда-нибудь, где климат теплее, освободившись от монарших обязанностей. Но просить об этом в письме казалось мне кощунством, и при этом я знал, что не могу даже в глаза Нивис смотреть.

После отъезда братьев я временно перебрался в академию, чтобы приглядывать за ней вне занятий. Я не хотел лишний раз встречаться, доставляя боль и ей, и себе, поэтому оставался в стороне.

Я забрел в холл. Он был полон студентов, сновавших туда-сюда между занятиями. Невольно вспомнилось, как мы с братьями вместе жили и учились когда-то. Славное было время.

— Полярис!

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто стоял у меня за спиной. Нивис сделала еще пару шагов, стуча каблучками по полу, и снова позвала, но уже менее уверенно:

— Полярис?

Я молчаливо обернулся, кивком дав ей понять, что слушаю.

— Хорошо, что я тебя встретила, мне нужна твоя помощь.

— В чем?

— Помоги мне со знатью, пожалуйста.

По сомкнутым губам и напряженному выражению лица я мог с точностью сказать, какое усилие она сделала над собой. Она нуждалась в моей помощи и готова была наступить себе на горло. И я поступлю так же.

— Уточни, что ты имеешь в виду.

— Мне нужно разобраться, кто из знати поддержит мою кандидатуру, а кого можно склонить к этому решению. Совет можно будет собрать, когда братья вернутся, и я хочу быть готова.