Книга Тайна трех зеркал, страница 67 – Анна Завгородняя

* * *

Особняк Явлонской представляет собой старинное здание, вокруг которого раскинулся пышный парк с зеркалом озера и высокой оградой, окружающей парк по периметру. Тамара добиралась до места довольно долго, немного попетляв в соседнем районе, где совсем нет указателей улиц, зато достаточно фонтанов и тенистых аллей, разделяющих дома знати. Еще издали кошка заметила худые вершины кипарисов, растущих вдоль дороги, ведущей от ворот к центральному входу в особняк.

На первом этаже было темно, и Тома, проскользнув между прутьями ограды, на миг застыла и огляделась, осматривая окрестности и пытаясь ощутить, есть ли на территории парка магическая защита. Обычно подобное слышится тонким фоном, словно где-то вдалеке на одной протяжной ноте гудит труба. Но нет. Ночь была полна тишины да журчания воды в фонтане, расположенном напротив дома.

Тамара побежала вдоль густой тени, скрывшей ее от посторонних глаз, и так, таясь, выскользнула под нижнюю чашу фонтана, успев мельком заметить плещущихся в воде алых рыбок. «И не спится им!» – удивилась кошка, подавив в себе желание замереть над водой и, подняв переднюю лапу, попытаться поймать хотя бы одну рыбку. Животные инстинкты порой настолько сильны, что Томе приходится бороться с этой частью своего «я». Сегодня победил разум, и кошка, мягко спрыгнув на дорожку, поспешила прямо к дому, высматривая, нет ли приоткрытых окон или какой-нибудь щели, чтобы забраться внутрь.

Увы. Окна были плотно закрыты, а стены у дома крепкие, несмотря на приличный возраст. Ни трещинки, ни скола, будто его построили совсем недавно. Но при этом кошка чувствовала, как от дома просто веет стариной. Старые здания даже пахнут по-особому. Некоторые – приятно, некоторые – отвратительно, сыростью и плесенью.

Обежав особняк, Тома заметила красивый плющ, обвивший северную башню, придав особняку схожесть с замком. Кошка запрокинула голову и, посмотрев наверх, увидела, что на втором этаже тускло горит свет в одном из окон. Но ее заинтересовало соседнее окно, приоткрытое настолько, что она вполне могла бы проскользнуть внутрь.

Недолго думая, кошка запрыгнула на плющ и принялась взбираться, цепляясь когтями. Затем ловко двинулась по тонким ветвям в сторону окна, стараясь не думать о том, что побеги могут и не выдержать вес ее тела, вполне приличного для домашнего существа, которому не отказывают в лакомствах. «Пора начать меньше есть!» – сказала себе Тамара и, добравшись до нужного окна, в два прыжка очутилась внутри.

Комната оказалась просторной гостиной, к счастью кошки, совершенно пустой, за исключением мрачного вида лиц, взирающих на Тому с многочисленных портретов, украшающих стены. Еще один, портрет самой графини, высился над каминной полкой. На нем Явлонская была изображена по пояс, но Томе хватило всего одного взгляда на ее холодное и надменное лицо, чтобы заторопиться прочь из комнаты.

— Никакой магической защиты, – проговорила кошка и, оказавшись у двери, внимательно оглядела последнюю, определяя, в какую сторону она открывается. – Вот незадача! – буркнула Тамара, сообразив, что дверь открывается внутрь.

Но и эту проблему она решила. Кошка отошла от двери, пригнулась, примериваясь для прыжка, и с разбегу прыгнула на дверную ручку. Тома вцепилась в нее передними лапами, а задними что было силы оттолкнулась от косяка так, что дверь открылась, издав короткий и немного жалобный скрип.