Онлайн книга «Тайна трех зеркал»
|
Записку о приезде Горича прислал отец. Также он сообщил, что скоро придет вместе с джарганцем и будет присутствовать при нашей беседе, ибо негоже молодой незамужней девице оставаться наедине с неженатым мужчиной. Исходя из этих слов, я сделала очевидный вывод: Горич рассказал отцу о расследовании и о том, что на самом деле приключилось со мной. Что ж, вполне разумно. Но я не стану говорить ни слова о тени, пока Милош не даст знать, что отец в курсе этого кошмара, коснувшегося и меня. И все же я не могла не сделать хоть что-нибудь. Позвав горничную, я велела ей проводить меня в ванную комнату, где почистила зубы и освежила лицо. Затем служанка помогла мне сменить сорочку и расчесала волосы, после чего заплела их в тугую косу. — Ты волнуешься, как перед первым свиданием, – осторожно заметила Тамара, когда служанка вышла и мы с кошкой остались наедине. — Не говори глупостей, – ответила я и добавила, покосившись на пушистую подругу: – Не могу же я встречать мужчину в неподобающем виде! Тома фыркнула, выражая свое мнение, и улеглась на подоконнике, игнорируя мою постель. А я вдруг поняла, что у кошки есть причина обижаться. Ведь я действительно волновалась из-за прихода куратора. И все оттого, что ужасно соскучилась по нему и очень хотела увидеть снова. И вот он был здесь, в моем доме! Под одной крышей со мной! Сердце было готово вырваться из груди. Я сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться, улеглась и откинулась спиной на подушку. Глупо, но я ждала прихода Милоша, как маленькая девочка ждет подарка в свой день рождения – с волнением и замиранием сердца. «Лиза, я тебя не узнаю! – подумала я с удивлением, и тут в дверь постучали. – Милош!» – промелькнула мысль, но я тут же осеклась. О чем я только думаю? Мне угрожает нечто большее, чем любовное томление! Надо думать о той опасности, которую представляет собой загадочная тень. Нет, не о том я думаю! Я вообще на себя не похожа с этими глупостями, заполнившими голову! — Госпожа, ваш обед. Вошедшая горничная принесла поднос с бульоном, ломтиком хлеба и отварным мясом, сдобренным свежей зеленью. «Не Милош», – только и подумала я. Но обед съела весь, до последней крошки. А когда горничная унесла опустевшие тарелки, легла и перевела взгляд на окно, отметив, что Тома сладко и очень натурально спит. Еще спустя несколько минут в дверь снова постучали, и на этот раз я услышала спокойный голос отца: — Лиза, я пришел к тебе с господином Горичем. Мы можем войти? Проснувшаяся от стука кошка лениво покосилась на меня прищуренными глазами. Ее пасть растянулась в некоем подобии улыбки, когда я тихо ответила папе: — Да, конечно, входите. А у самой сердце едва не пропустило удар. Дверь открылась. Вошел отец, а следом за ним… — Елизавета Павловна… Милош изящно поклонился и вышел вперед. А я, невольно натянув выше одеяло, кивнула в ответ, осознавая, какой слабой и нелепой, наверное, кажусь своему куратору. — Добрый день, господин Горич, – тихо поздоровалась я. Наши взгляды встретились, и всего на миг мне показалось, что я вижу в глазах северного горца тревогу, толику страха и радость от нашей встречи. Вот только стоило мне моргнуть, как это видение рассеялось, будто и не было его вовсе. Милош был прежним, сосредоточенным и серьезным. И глаза его были спокойные и полные решительности и готовности действовать. |