Книга Тайна трех зеркал, страница 140 – Анна Завгородняя

— Отец! Ты не так все понял! Когда-нибудь я смогу все тебе объяснить, просто сейчас не имею права, пойми!

Я даже приподнялась на руках, потревожив Тамару, которая продолжала изображать крепкий сон.

Некоторое время папа стоял, молча взирая на меня так, будто видит впервые. Что происходило у него в голове, мне оставалось лишь гадать. Но я была уверена, что для меня там нет ничего хорошего. А все мой длинный язык! Я ведь никогда не была болтушкой, но вот…

Отец снова вздохнул и посмотрел на меня уже более спокойно.

— Хорошо, – произнес он. – Давить и настаивать не буду. Тайна – значит, тайна. Но в таком случае, если эта тайна и практика угрожают твоей жизни, я вынужден подать прошение, чтобы тебя перевели из отдела в место, где и мне, и тебе будет спокойнее.

— Отец!.. – прошептала я, осознавая, что это бесполезно.

Он волновался за меня, боялся потерять. И я понимала его, но знала и то, что не отступлюсь. Да и вряд ли мне позволят отступиться. Теперь слишком поздно.

— Я отправил твое письмо этому человеку, – сказал папа, прежде чем покинуть мою спальню. – Как там его…

— Горич, – напомнила я.

— Да-да, именно. Так вот, я отправил письмо, но это была моя последняя уступка, Лиза. И не спорь! А теперь лежи и отдыхай, тебе надо набираться сил. И помни, что я тебя люблю, – произнес он то, что говорил крайне редко, лишь в самые ответственные моменты.

Видимо, сегодня был как раз такой.

— Я не могу оставить практику! – бросила я жалобно ему в спину.

Он развернулся. Глаза отца были невероятно серьезными.

— Когда у тебя будут дети, Лиза, ты поймешь, что чувствую я, – проговорил он и вышел, закрыв за собой дверь.

А я без сил упала на подушки и в отчаянии закрыла глаза, чтобы не разрыдаться, что на меня уж совсем не похоже.

* * *

Милош выбрался из салона своего экипажа и, запрокинув голову, взглянул на дом, возвышающийся над ним. Где-то там, за стенами особняка, находилась Лиза, и осознание этого придавало джарганцу сил и настойчивости в том, что он собирался сделать.

— Господин следователь, что нам предпринять? – спросил один из магов-боевиков, вышедших следом за горцем из экипажа.

Боевики были выделены отделом для защиты Вяземской. Лехно расщедрился на трех темных магов, которых Милош отобрал лично из числа лучших.

— Пока оставайтесь здесь, – распорядился Горич. – Сначала мне надо поговорить с князем Вяземским и объяснить ему положение дел.

— Как прикажете, – кивнул один из боевиков и, сделав знак двум другим магам, направился по посыпанной гравием дорожке вдоль дома, чтобы не тратить время зря и осмотреть местность, которую предстояло защищать.

Горич поднялся по лестнице, уже зная, что был замечен прислугой. У дверей его ждали. Лакей, приветливо распахнувший дверь, вежливо отступил в сторону, впуская джарганца в дом, и лишь после с поклоном спросил его имя и причину, по которой он явился с визитом.

— Доложите обо мне князю Вяземскому, – спокойно попросил Милош. – Скажите Павлу Феоктистовичу, что прибыл следователь из отдела и просит о встрече. И обязательно добавьте, что дело касается его дочери, княжны Елизаветы Павловны.

Лакей выслушал некроманта и, кивнув, произнес:

— Князь Вяземский сейчас работает у себя в кабинете. Пожалуйста, подождите, пока я передам ему ваши слова.