Книга Муассанитовая вдова, страница 74 – Селина Катрин

Зачем Селесте знать, что несколько десятков лет я провел в тюрьме на радиоактивном астероиде? В качестве наказания за смерть Фьенны меня обязали шестьдесят лет добывать золото в шахтах. То ли короткая стремительная война вычеркнула массу имен из списка живых, то ли никому не было до меня дела, но не освободили меня ни на шестьдесят первый год, ни на шестьдесят второй… А умников, заявляющих, что их сослали на астероид незаконно, – каждый второй. На шестьдесят третий год заключения звездопроходцы напали на наш участок, решив, что золото и несопротивляющиеся заключенные будут легкой добычей. Завязалась перестрелка, большинство охраны и каторжников убили.

Меня взяли на корабль пиратов просто потому, что повезло. Или не повезло, тут как посмотреть. Рептилоиды, организовавшие налет на шахты, прихватили выживших, рассчитывая на послушных рабов. К тому моменту из-за радиации моя кожа потеряла привычный фиолетовый цвет, глаза и волосы выцвели. Только хвост с шипом и остался. Пираты подумали, что я легко внушаемый смесок с малой долей цваргской крови, но их ожидал неприятный сюрприз. Кто-то из бывших заключенных поверил, что их освободили, и стал помогать рептилоидам грабить корабли и поселения мирных гуманоидов по доброй воле. Кого-то заставили, но были и такие, как я, кто до последнего отказывался служить им в этом грязном деле.

За неповиновение мне ампутировали хвост, но даже это не заставило меня пересмотреть основополагающие ценности. Многочисленные шрамы и гематомы на теле раз за разом зарастали, и это бесило жирного капитана звездопроходцев еще сильнее. В какой-то момент он не выдержал и приказал команде избавиться от меня. Но хитрющий рептилоид по имени Рокри предложил идею расплатиться мной и еще парочкой захваченных каторжников за услуги маэстро душ и желаний, и я оказался у Аюра.

Стоило ли рассказывать всю эту грязь Селесте? Мне не хотелось, чтобы она лишний раз нервничала. И жалости не хотелось. Достаточно, что я рассказал о Фьенне.

Я проснулся по привычке на рассвете и первым делом занялся злосчастной калиткой. Запорный механизм временно был переключен на открывание и закрывание металлическим ключом, но в оригинале был снабжен программируемым чипом и экраном, как стандартные двери в каютах на «Сверхновой». Встроенный сканер отпечатка ладони указывал на самую распространенную и надежную модель КХ-155. Вот только без электричества или автономной батареи замок не работал. Это на космическом корабле все можно запитать от ядерного реактора и не волноваться, а на Оентале любой шквалистый ветер – и прощай, электросеть. Неудивительно, что замок сломался. Нужен хороший аккумуляторный блок высокой емкости.

Пока я размышлял, как можно бывшему капитану разведкорабля с лицензией навигатора заработать деньги на полуаграрной планете, ноги сами привели меня на базар, в ту часть, где торговцы раскладывали товар на прилавках. Раньше я здесь не бывал, но из обрывков фраз прислуги в доме Аюра знал, что помимо «элитной» части, где находились дома маэстро, существовал еще и так называемый Глиняный рынок, прозванный так за то, что каждую весну после сезона кислотных дождей местные возводили саманные лачуги и торговали всем, что накопилось за время ненастья. Прилавки, навесы и столы в кратчайшие сроки складывались из дешевого кирпича-сырца из песка, глины и соломы, накрывались пленкой, а сверху выставлялся товар. Здесь были и рукодельные предметы быта, и вязаная одежда, и стеклянная посуда, которую стеклодувы выдували за долгих три месяца кислотника, и редкие луковичные растения, а к столбам фермеры пристегивали недавно разродившийся скот.