Книга Охота на эмиссара, страница 141 – Селина Катрин

— Если под «повезло» вы подразумеваете, что тюрьмы на нашей родине одни из самых чистых и удобных во всей Федерации, то да, — фыркнул я, на что ментальный фон юриста на миг полыхнул раздражением. Но он тут же взял себя в руки.

— Господин Робер, разумеется, я имел в виду не это, — чуть жёстче, чем следовало, ответил молодой полуцварг. — Я имел в виду, что ваш случай особенный ввиду занимаемого положения. Никаких слушаний не будет. Леандр Ламбе, уважаемый член совета Аппарата Управления, поручился за вас. Ко всему, в отделение Системной Полиции вас доставили как нарушителя правопорядка, и только. Жан де Окюст написал на вас заявление об издевательствах над некой Даниэллой Медведевой, но о нём знают лишь единицы: пара человек в Системной Полиции — и то самого заявления они не видели, всё прошло под грифом повышенной секретности из-за вашей должности — и несколько первых лиц совета, так как эмиссариат напрямую подчиняется Аппарату Управления. Собственно, в курсе ситуации сам Жан де Окюст, ваши коллеги эмиссары Онезим Луи-Дерр и Роджер Роэль. Ах, да, ещё док СБЦ Аднот Грэф на следующий день предоставил аудиозапись, но я сразу обозначил, что она не может считаться уликой. Мало ли, вы включили головизор, например. Голоса нечёткие, слов почти не слышно, одни отрывистые звуки, которые могут принадлежать кому угодно. Бездоказательно.

— А что с Даней?

Всю прошедшую неделю я просидел в камере без коммуникатора, а потому понятия не имел, как она. Конечно, мы договорились, что она подумает над моим предложением, но после драки с Жаном она могла меня испугаться.

— Покинула Цварг в тот же день, как вас арестовали, — нарушив размышления, сказал Мишель. — Ещё пара часов, я утрясу несколько тонкостей, и вы свободны. С девушкой вам тоже очень повезло.

— В смысле?

Я даже напрягся, чуя подвох в славах юриста.

— В прямом. — Он пожал плечами. — Девушка — уроженка Танорга, не является цваргиней, а следовательно, АУЦ не имеет права выставить претензии от её лица. Обращение де Окюста не имеет юридической силы, а госпожа Медведева сама заявлять на вас не стала. Ко всему, как я понял, она знала заранее, что вы отравлены алисеном, и на Пограничном Контроле космопорта отрицала любые нездоровые намёки. Когда её спросили об отметинах на теле, госпожа Медведева с профессионализмом актрисы воскликнула «вообще-то, я была в плену у бандитов» и категорически отказалась отвечать на наводящие вопросы. Я смотрел видеозаписи и не удержался от аплодисментов — если я бы я так мастерски умел изворачиваться, то был бы самым знаменитым адвокатом в галактике. Уж не знаю, что вы там ей наобещали, но у дежурного сотрудника ПК не получилось выудить из неё ничего компрометирующего.

— Она бы и не стала заявлять, даже если бы не было никакого алисена.

— Ну конечно, таким, как вы, всё сходит с рук.

И хотя адвокат всеми силами старался удерживать нейтральную маску на лице и чистый ментальный фон, я почувствовал сквозящее презрение.

— Таким, как я? — повторил крайне медленно, наблюдая за изменениями мимики юриста. — Господин Марсо, скажите уже начистоту, что вы имеете в виду. Если вы о Даниэлле, то всё сложно, но уверяю…

— Да при чём тут это? Таким, как вы: стоящим у власти и одновременно плюющим с орбиты спутника на законы! Эмиссарам высшего звена, политикам, членам сената... Вы все живёте и крутите законы под себя, как тур-ринскую ночную бабочку! Сзади, спереди, враскоряку! Вон, за вас господин Ламбе поручился — и всё, свободны! Никто даже не заикнётся, что, имея жену и сына, вы разрешили себе поразвлекаться на стороне. Одного понять не могу, зачем вы вызвали меня разбирать грязь за вами? Насколько мне известно, у СБЦ есть собственные юристы, которые превращают дифрен в муассаниты почище первоклассных иллюзионистов. Видимо, грязи у вас за душой так много, что вы решили на этот раз воспользоваться сторонними услугами. Чтобы не утонуть, так сказать!