Книга Охота на эмиссара, страница 132 – Селина Катрин

— И она не будет… возражать… что мы… что ты?..

Я не знала, как сформулировать мысль, а потому пристыженно замолчала. Теперь, когда Фабрис признался мне в любви, всё виделось в ином свете. Да, конечно, он сам пошёл в райский сад, он сам привёз меня на Цварг, и в этой квартире нет ни одного женского предмета… Да что там! За всё время, что мы провели вместе, Лейла ни разу ему не звонила и не просила купить колбасы и памперсов или заскочить к приятелям с университета и взять одолженный мангал… Но тем не менее я вдруг почувствовала себя гадко.

— Да-а-аня, ты надумала себе чего-то не того, совсем как полчаса назад, — протянул Фабрис мне на ухо. — Я только что признался тебе, что люблю, а ты расстроилась. Где логика? Или ты из-за Лейлы? Поверь, она будет только рада, когда узнает о тебе.

А вот тут я окончательно потеряла нить рассуждений цварга и почувствовала себя клинической идиоткой.

— На Цварге же нет многожёнства, да? — уточнила на всякий случай. Ну мало ли я ещё что-то упустила.

Эмиссар рассмеялся:

— Если бы население проголосовало в своё время за поправку к закону, то разрешили бы многомужество с учётом демографии, а так нет, всё как во всей Федерации. Я тебе даже более того расскажу: у ларков с их официальной полигамией тоже может быть лишь одна пара, которую благословляют Духи Предков. Одевайся, пойдём на кухню, я расскажу тебе, какие отношения нас связывают с Лейлой.

Мы переместились на кухню. Почти сразу. Если бы я не наклонилась за штанами. Если бы не услышала резкий выдох Фабриса. Если бы не вспомнила, как мне понравилось дразнить его в ванной «Луннора». В общем, «почти» немного затянулось, пока я коварно наслаждалась, как один благовоспитанный цварг борется с собой и переходит внутренние границы и правила, которые диктуют, что во время интима мужчина обязательно должен смотреть в лицо партнёрше. Я прямо-таки почувствовала, как замерли на моей коже мужские пальцы и как вздрогнул Фабрис, когда я провернулась в кольце его рук.

— Дань… я не уверен… ну это же неуважение… — робко сказал он, когда я села к нему на бёдра, совсем как в райском саду, но на этот раз спиной.

— Неуважение? А я чувствую, что Фабрис-младший очень даже меня уважает. Прямо в этот момент. Но если это у тебя называется неуважением, я могу попросить, чтобы меня «не уважали» ещё чуть-чуть? Буквально до первого оргазма, а там позу можно сменить.

Я ожидала, что мои слова возымеют действие, но не настолько сильное. Цварг даже приподнял меня, чтобы шлёпнуть, но зато потом… потом было полнейшее неуважение. С точки зрения Планетарной Лаборатории Цварга, разумеется.

Лишь далеко за полдень, когда мы всё-таки выбрались из спальни, вкусно пообедали и Фабрис собственноручно приготовил мне кофе, я вдруг вспомнила, что он хотел рассказать о своей жене.

— Тебя интересует Лейла? — словно угадав мои мысли, спросил мужчина и тут же, почувствовав ментальный отклик, продолжил: — На самом деле мы с ней были знакомы много лет до свадьбы, мы оба когда-то работали на теневой департамент Службы Безопасности Цварга, и я периодически обращался к ней за помощью.

— Она тоже была агентом? — изумилась я. Чего-чего, а такой информации я не находила в сети.

— Аналитик из таурель-отдела, всё верно, — подтвердил Фабрис. — Она очень талантлива, и склонность к анализу большого объёма данных у неё, можно сказать, в крови. На тот момент, когда всё случилось, я уже ушёл в эмиссариат, а Лейла продолжала работать на агентуру. В один прекрасный день, когда я битый час давал интервью репортёрам касательно всего на свете, политики СБЦ и некоторых финансовых моментов в Серебряном Доме, она свалилась мне как астероид на голову и на весь зал заявила: «Милый, я так соскучилась!»