Книга Юрист отверженных, страница 24 – Селина Катрин

— Мишель! – первым обратился пацан помладше. – Защитник Отказников! Мы снова с вами увиделись. Я так и знал, что это произойдёт достаточно скоро!

Он протянул руку, и мне ничего не осталось, как дать ладонь в ответ, хотя скулы сводило от этой необходимости. Мальчишка вцепился в кисть и лихорадочно затряс её с неистовой силой. При этом у него сияли глаза, а на лице то и дело мелькала счастливо-придурковатая улыбка.

— Защитник Отказников! Вы мой кумир!

Больше всего на свете я терпеть не мог это прозвище. Конечно, Фабрис предупреждал, что многие полуцварги примут мою работу с законодательной базой и заседания с Аппаратом Управления Цваргом как то, что я в первую очередь хочу помочь именно им… Гуманоиды – эгоисты по своей натуре и редко могут вообразить, что что-то происходит не потому, что они являются центром Вселенной.

Неестественная для наполненного ресторана тишина начала ощутимо давить. Голова заболела. Надеюсь, Ульяна скрылась в туалете и уже звонит Фабрису… Понятия не имею, что задумала эта пятёрка, но точно ничего хорошего.

— Деннер, это точно он? – хмуро уточнил мужчина, вставая рядом с мальчишкой.

Он, прищурившись, разглядывал меня из-под кустистых бровей неопределённого цвета, и этот взгляд мне совершенно не нравился… Я повидал немало преступников, несколько лет подряд являлся в переговорную тюремного изолятора как на работу, да и просто в силу специфики профессии с первого мгновения привык оценивать мимику и телодвижения потенциального клиента. Наше тело порой говорит куда больше, чем слова, и есть такие работодатели, с кем не стоит иметь дел ни за какие кредиты. Этот прищуренный взгляд определённо принадлежал личности с психическими отклонениями.

— Да, Кекс. Он! – бодро отозвался Деннер. – Неужели ты не узнал? Посмотри же!

Пацан засуетился и вытащил из-за пазухи целую стопку с фотокарточками, выполненными на дешёвых огрызках пластелей – похоже, кто-то вырезал мои изображения из новостных листков.

— Вот, такие же скулы, такие же веснушки, смотри-смотри, а вот тут в анфас, на ступенях у главного зала суда… – радостно принялся перечислять мальчишка, а лично мне стало не по себе.

— Хм, да, действительно он, – пробормотал Кекс, лишь мельком мазнув взглядом по коллекции мальца. – Рад познакомиться.

Он протянул ладонь, и под взглядами десятков свидетелей мне пришлось пожать и её тоже.

«Демонстрация сотрудничества с преступной группировкой», – мысленно отметил мой внутренний адвокат.

Голова гудела. Несмотря на то что мои резонаторы в сравнении с чистокровными цваргами работали весьма посредственно, я ощущал повисшую в воздухе густую, замешанную на страхе ненависть. Впрочем, тут и рогов-то не надо было иметь, чтобы услышать, как судорожно всхлипнула одна цваргиня, попыталась вскочить с кресла другая – но её жёстко вернули на кресло, – смяла и порвала салфетку в клочья третья… Мужчины же в большинстве своём продолжали сидеть на своих местах со стеклянными невидящими взглядами, хотя кто-то и оперся на локти, кто-то тяжело дышал, приоткрыв рот.

Ледяная струйка пота пробежала вдоль позвоночника.

— Господа. – Я старался говорить всё таким же нейтральным голосом и игнорировать явно нездоровую атмосферу в ресторане. – Объясните, пожалуйста, что здесь происходит?