Книга Генетика любви, страница 63 – Селина Катрин

Он медленно поднялся, поставил бутылку на низкий столик и скользнул ко мне.

— Я так люблю тебя, Орианн, что заказал у аптекаря рецепт и готов лишиться самого дорогого для любого цварга, лишь бы только быть с тобой. Сегодня этот вечер только для нас.

Я попятилась, чувствуя, как меня обдало дыханием супруга. Настойка определенно являлась алкогольной, хотя, судя по трезвому взгляду Мориса, организм уже переварил градус – остался лишь запах.

Дождь за окном усилился. Теперь капли настойчиво забарабанили в стекла, завыл ветер, гулким эхом отражаясь в каминной трубе и перекрывая еле слышный треск огня. Порыв сквозняка заставил зябко поежиться.

— Слышишь? – Цварг склонил голову к плечу, явно вслушиваясь в буйство стихии. – Даже природа хочет, чтобы мы сегодня были вместе. Что может быть романтичнее, чем совместная ночь любви, когда за окном льет дождь?

Цепляясь за крохи надежды, я с плохо скрытой мольбой предложила:

— Морис, это здорово, что ты решил уделить мне внимание, но, может, поужинаем и просто поговорим?

Мощный хвост цварга в мгновение ока обвился вокруг моей талии и привлек к телу мужа с такой резкостью, что невозможно было не почувствовать настрой Мориса.

— Это все обязательно, – ответил он, внезапно нападая с поцелуями. – Но потом. Сейчас я хочу другого. Ко всему, физические упражнения на сытый желудок вредны.

Он жадно смял мои губы, подхватил под ягодицы и понес к дивану, на котором только что так старательно употреблял лекарство. Я замолотила по его плечам изо всех сил, стараясь высвободиться из удушающих объятий. Все внутри бунтовало против его прикосновений и наглого языка, хозяйничавшего у меня во рту. «Не-е-ет», – хотелось крикнуть во все горло, но оно было занято чужим проворным органом. Морис сжал меня еще крепче, но, чтобы уложить, все-таки прервался с поцелуем.

— О, я и забыл, какая ты страстная! Совсем как в тот год, когда мы встретились на Эльтоне, – произнес муж, навалившись каменной плитой сверху.

Цварг потерся о бедро настолько внушительным бугром, что исчезли любые сомнения в том, что он собирается делать. В карих глазах полыхала неприкрытая похоть.

— Нет, Морис, прошу, не надо! Я не хочу!..

Конец фразы потонул в серии оглушительных раскатов грома.

— Сейчас захочешь, – прошептал муж, рывком разорвал ворот моего любимого платья, сместил белье и припал губами к груди. – Я доставлю тебе удовольствие. Сделаю все, как ты любишь.

Это могло бы быть приятно, если бы не было так тошно: меньше всего на свете мне хотелось принадлежать Морису. Те дни, когда я была влюблена в этого мужчину, безвозвратно исчезли, растворились без остатка во множестве ссор, обид и недопониманий. Череда унизительных высказываний и любовниц давно похоронила под собой все то хорошее и светлое, что когда-то было между нами. Теперь брак напоминал догорающие угли в камине: они не грели, не создавали уют и даже не могли толком осветить гостиную. Сплошная фикция. Огонь есть, а тепла – нет. Вынеси на улицу – и пойдет едкий противный черный дым.

«Ты должна, Орианн. Что же ты за жена такая, которая отказывает мужу даже тогда, когда он устраивает романтический вечер? – упрекнул внутренний голос. – Он ведь старается изо всех сил».

Я прикрыла глаза, так как в них защипало.