Онлайн книга «Генетика любви»
|
— Да-да. – Я вздохнула. – Дело в бюджете… Я уже размышляла на этот счет. В целях экономии можно попробовать запустить не спасательные капсулы из космолетов, а обыкновенные пластиковые патроны. Если взвешивать груз и гарантируемо не нагружать систему более чем на пятьдесят-семьдесят килограммов зараз, то можно уменьшить слой пентапластмассы… Я воодушевленно принялась рассказывать о том, что можно сделать, если ректор гарантирует некоторые ограничения в использовании инфраструктуры, но Грегори вмешался: — Переодевайтесь, Орианн, в сухое, и давайте обсудим все предметно. Повторюсь, я военный, а не инженер, механизмы и числа даются мне существенно проще на бумаге. Я благодарно кивнула и юркнула в спальню, а через десять минут мы уже сидели за просторным обеденным столом, и, тыкая в чертежи, я объясняла, где и при каких условиях можно сэкономить, а где этого делать категорически нельзя. Час, а за ним еще один пролетели незаметно. Грегори смотрел на эскизы многолинейной пневмотрассы и делал себе пометки. К сожалению, основная стоимость упиралась в большое количество компрессоров и их изоляцию, а это являлось основой всей системы. В какой-то момент я поймала себя на том, что молча смотрю в планшет, а командор Грешх-ан тихо перебирает листы, задумчиво хмуря густые светлые брови. У него были крупные руки – существенно крупнее, чем у Себастьяна, короткая жесткая щетина на квадратной челюсти, придающая общей матёрости, более широкие плечи, да и в целом всей фигурой он напоминал мощного медведя. Из разговоров с другими преподавателями я знала, что Грегори – ровесник Вивьен, матери Себастьяна. Да и возраст в ректоре чувствовался – не в том смысле, что он выглядел старым разваливающимся пнем, отнюдь, его спортивной форме мог позавидовать любой кадет, а в неторопливых скупых жестах, отрывистых, но вдумчивых фразах, безупречной военной выправке и внимательных яблочно-зеленых глазах. Ректор выглядел опытным ларком, но только после слов Себастьяна я впервые рассматривала именно Грегори-мужчину. Кадетов и старшекурсников я при всем желании не воспринимала как представителей противоположного пола. Они были для меня мальчишками. Ректор же – да… Ректор определенно принадлежал к категории «мужчина». Вот только неужели Себастьян настолько не доверяет мне, что ревнует к нему? Неужели это треклятое кольцо и статус официальной пары так много для него значат? — О чем думаете, Орианн? Вопрос Грегори застал меня врасплох. Я поняла, что вот уже несколько минут совершенно неприлично пялюсь на его руки. — Эм-м-м… – пробормотала я, отводя взгляд. – Да так, просто… — Вы поссорились с Себастьяном, – утвердительно произнес ларк, откладывая чертежи в сторону. Я изумленно уставилась на собеседника: — Как вы узнали? Он пожал плечами: — Это было не сложно, с учетом того, что полгода я видел на вас кольцо с черным муассанитом, а сейчас его нет. — И что? Мало ли… — Вивьен Касс носит похожее, не снимая. Сомневаюсь, что Север подарил бы любимой жене дешевую побрякушку. Очевидно, это украшение знаковое. «Вселенная! Себастьян на меня еще и ярлык повесил, словно на корову, а я не поняла даже этого…» — Конечно, можно предположить, что вы потеряли перстень и расстроились, – продолжил блондин, – но если добавить сюда возбуждение, которым от вас буквально разило за парсек, растрепанный вид и личный запах Себастьяна пару часов назад – и картинка складывается в единое целое. Вы поссорились с Кассом. В целом – могу понять. У меня постоянно чешутся кулаки врезать его отцу, приходится держать себя в руках. Итак, что собираетесь делать? |