Книга Агент пси-класса, страница 139 – Селина Катрин

— Уважаемые граждане Пикса. Сегодня одновременно скорбный и великий день. Императрица Лиарелла скончалась. Да здравствует новая Императрица Фиора!

— Да здравствует! – грянул одновременный хор с разных сторон, а я в ужасе приложила ладонь ко рту.

— Что ты наделал, Редж? – шёпотом спросила я. – Фиора – ребёнок. Ей же от силы шесть лет!

— Избежал гражданской войны, – не моргнув и глазом ответил Брайт, выключив связь с динамиками. – Преемственность власти, помнишь? Так была бы грызня среди оставшихся за Императорский трон, а так… в течение нескольких минут моё обращение повторят во всех уголках планеты. Ну а регентом ближайшие десять лет, разумеется, будет Первый Лорд.

Я лишь покачала головой, по-новому смотря на Брайта. Как он умудряется обо всём подумать заранее? Словно прочитав мои мысли, Редж вдруг собрался и сказал:

— Нам повезло, что сейчас на Пиксе смена власти. Ближайшие дни никто не вспомнит о лаборатории на Падэме-3, а значит, небольшой пожар, который уничтожит все записи, скорее всего, никто даже не будет расследовать. Не будет информации о нейрофертилине – не возобновятся эксперименты над вольтами.

Пока я осознавала слова Реджа о готовящейся диверсии на Падэме-3, полуларк вновь вернулся в порядком опустевший рабочий кабинет Императрицы (после того как сюда пришла стража и увела большинство пиксиянок), подхватил Матвея под мышки и оттащил на диван.

— Вот уж не думал, что буду делать это для кудрявого барана, – бормотал он, укладывая моего друга детства на подушки. – Давай-давай, спящая красавица, просыпайся. Вредно столько дрыхнуть. – За словами последовали лёгкие шлепки по щекам.

— Как… – изумлённо выдохнула я, в душе попрощавшись с Матвеем. – Он жив?!

— Ну разумеется. – На этот раз Редж обернулся на меня удивлённо. – Чтобы убить человека, пси-кинетику требуется больше времени. Там же мозг надо переубедить… а, неважно. Лиар просто послала сигнал, чтобы он потерял сознание и не мешался. Другое дело, что это состояние крайне вредно для организма…

Я лишь изумлённо выдохнула, наблюдая за тем, как Редж то считывает пульс на запястье Матвея, то приоткрывает ему веки, то дотрагивается до висков и шеи. Наконец пострадавший сам шумно выдохнул и приоткрыл ресницы.

— Матвей! – Я обрадовалась так сильно, что Брайт кинул хмурый ревнивый взгляд.

— Мне ты так не радовалась, – буркнул он недовольно. – Только разревелась.

— Я от счастья расплакалась!

— Ты назвала меня лжецом.

— Простите… а вы кто? – встрял в нашу перепалку Матвей, переводя недоумевающий взгляд с меня на Реджа и обратно. – И где я?

Оказалось, что Лиарелла так спешила отделаться от пикси, что, неаккуратно воздействовав, стёрла Матвею память. Уже по пути на Танорг Редж несколько раз пытался помочь моему другу детства, но ничего так и не получилось.

— Мозг – тонкая штука. Что-то безвозвратно повредилось, – пожал плечами Брайт.

Несколько дней на корабле мы с Брайтом спорили, рассказывать Матвею правду или нет, а если да – то какую версию этой самой правды. В итоге сошлись на чём-то промежуточном: упомянули, что он по происхождению пикси и имеет собственную жилплощадь на этой планете, но большую часть жизни провёл на Танорге, работая на разведку. О том, что он и я – результаты эксперимента, разумеется, я говорить не стала, но аккуратно намекнула, что Матвей может дальше жить где пожелает – и на Пиксе, и на Танорге. Ему будут рады везде.