Книга Принцесса Восточного Созвездия, страница 181 – Селина Катрин

— Уважаемые сенаторы. И раз такое дело, Эсмеральда, очевидно нуждается в психотерапевтической помощи на неопределённый срок… А я люблю совершенно другую женщину, и у нас будут дети. Можете ли вы нас развести?

Пожилые цварги переглянулись, один с сомнением почесал посветлевшие резонаторы.

— Хм-м-м… — сказал он. — К сожалению, нас тут всего двое, а такое решение, если помните, выносит весь совет АУЦ, то есть пятьдесят пять членов.

«И, конечно же, они не дадут мне развод», — промелькнуло отравляющей мыслью в голове. Сердце защемило от обиды на Вселенную. Впервые я встретил женщину, которую хотелось холить и лелеять, которая заслуживала называться моей женой и гордо носить фамилию рода, а я не мог ей дать даже этой малости. Принцесса смотрела на меня спокойно, от неё не исходило ревности или разочарования, но тем больнее разъедала внутренности горечь досады на шварховы законы родины.

— Однако, — вдруг встрепенулся второй сенатор, — предыдущие отказы вам выдавали на основании категорических возражений вашей супруги. Если вы подадите заявление о расторжении брака в ближайшие дни, уверен, совет его рассмотрит.

— …А если госпожа Эсмеральда по каким-либо причинам не явится на заседание, это будет трактоваться как отсутствие протестов с её стороны, — многозначительно добавил второй сенатор.

Камень упал с души.

— Спасибо, господа. — Я шагнул, чтобы пожать руки цваргам.

Сенаторы ответили крепким рукопожатием, после чего сообщили, что и так задержались здесь дольше, чем рассчитывали. Помещение частично опустело. Фабрис внезапно подмигнул Шейне, а Даниэлла с громким «как же я за вас рада!» бросилась ко мне на шею. Следователь отдал честь и с облегчением опустился в кресло, показывая, что дело полностью закрыто. В тот момент, когда я взял за руку свою прекрасную принцессу, чтобы вывести наконец из этого угрюмого здания, юнец-полицейский, который до сих пор рассматривал электронный документ на коммуникаторе Дани, вдруг подал голос:

— А меня одного смущает, что, судя по датам, зачатие госпожи Шейны произошло ещё на Террасоре? Если я правильно понял последние правки АУЦ касательно этой планеты, то девушка была выкуплена за деньги. То есть считалась его рабыней.

Все тут же заметно напряглись.

— Женой, — тут же вступился за меня Фабрис. — Это обычай Террасоры. За жён отдается выкуп.

— Но по нашим законам она была рабыней. Я пролистал последние правки. Госпожа Шейна гражданка Федерации лишь с момента выдачи визы…

— Клэр! Ты забываешься. Это господа из Службы Безопасности, — мягко намекнул владелец кабинета.

— И что? — Молодой парень сложил руки на груди. — Им закон не писан, что ли? Почему Системная Полиция всегда считается хуже безопасников…

— Клэр… Твоя стажировка сегодня же будет окончена, — предупредил следователь.

— Почему? Хорошо, пускай с датами — это всё формальность, но давайте хотя бы проверим террасорку на отсутствие внушений, а? По-моему, это логично.

Следователь нахмурился.

— Господин Робер, — обратился он то ли к Фабрису, то ли ко мне. — Вообще-то, мальчишка прав. Дело-то ерундовое, у нас подходящее оборудование есть в соседнем крыле у судмедэксперта. Если уж я полностью закрываю дело, мне было бы спокойнее…

— Я люблю Янна! — воскликнула Шейна. — Я не хочу никаких осмотров. И… и я беременна! Вдруг это повредит?