Книга Принцесса Восточного Созвездия, страница 115 – Селина Катрин

Я лишь покачал головой на эти слова. Мне было сложно объяснить, что несколько золотых колец или брошек — ничто по сравнению с тратами Цварга на перевозку девушек через пол-Федерации, въездные визы, медицинские страховки, обучение, жильё на самой планете… Шейна двадцать пять лет прожила в отсталом Мире, и, разумеется, она не могла мыслить так, как мыслил я. В некоторых вопросах она плавала словно пятилетний ребёнок, зато порой могла выдать фразы, глубина которых вызывала мурашки на коже.

— Неужели у вас все хотят, чтобы появлялись только мальчики? — чтобы поддержать разговор, уточнил я.

— Разумеется! — горячо закивала Шейна, переворачиваясь на другой бок и неожиданно чертя пальцем простенькую схему на песке подскального оазиса. — Мальчик — это наследник рода. Мальчики даже из бедных семей могут стать паладинами, а ещё только им разрешено вести торговлю, покупать и сдавать дома, открывать кузницу или чайхану, им платят втрое больше за любую работу.

Она подхватила острый камушек и схематично процарапала на влажном песке картинку: от человечка из пяти палочек и кружочка шло множество стрелок в разные стороны.

— А девочка имеет право лишь работать на кухне, и то если отец или муж разрешат.

От второго человечка, но уже в юбке, последовала лишь одна стрелочка вбок к костру. Лёгкие эманации грусти повисли в воздухе.

— То есть ты хотела в детстве стать мальчиком? — уточнил я.

Щёки Шейны мгновенно вспыхнули алым, она отвела взгляд, сосредоточившись на кусочке горной породы в руках. Мокрые светлые пряди разметались по плечам поверх туники, в которой она плавала. Уговорить её купаться в меньшем количестве одежды у меня так и не получилось.

— Я понимаю, что это грех. Но это так несправедливо! Почему те, кому повезло родиться с… ну… другим органом, который, ко всему, и не видно в одежде, имеют настолько больше прав?! Почему? — запальчиво выкрикнула она. — Это же даже не дополнительные руки, или больший мозг, или наличие резонаторов, как у вас, цваргов… Однажды, когда я выразила эту мысль вслух, Франгаг меня сурово наказала. Она заставила стоять голыми коленями на крупе целый день. Я потом неделю не могла встать с постели.

Что за варварство! От одного образа, что кто-то наказывал мою принцессу, кровь закипела в венах. Остро захотелось свернуть шею этой бабе. Я сжал и разжал кулаки, повторяя как мантру, что это Средневековье и здесь свои правила.

Немного отпустило.

— Но я рада, что всё-таки я та, кто есть, — неожиданно призналась Шейна. — Если бы я родилась мальчиком, то, вероятно, так бы и не встретилась с тобой и уж тем более не стала твоей женой.

— Не представляю, каково это — стоять на крупе, — ответил я, сглотнув горькую слюну. — На моей родине, да и во всей Федерации, это приравнено к пыткам. Противозаконно.

— Франгаг так не считала. У нас это как «детское» наказание. Она и своих дочерей так ругала за провинности, — легко продолжила Шейна. — В любом случае, в Аль-Мадинате принято, что любимая жена эмира — это эталон, которому должны соответствовать остальные террасорки.

— Эталон?! — Я нервно фыркнул. Стоило вспомнить, каким взглядом эта женщина облизывала мой торс в нашу единственную встречу тет-а-тет, как меня передёргивало. Да эта Франгаг — кобра похлеще Эсми. Ещё неизвестно, кто одержит победу, если оставить их на одной территории. — Поверь мне, Шейна, если я хоть что-то понимаю в этой жизни, то такие, как Франгаг, получают удовольствие от страданий других.