Книга Прокурор с Эльтона, страница 52 – Селина Катрин

— А-ха-ха, это ты меня пощекотать пыталась? Сейчас я тебя в ответ затискаю.

— А-а-а-а… Эрик… нет!

Мужские пальцы внезапно забрались под ткань и теперь уже, касаясь её кожи, пускали волны странного чувства. Было немного щекотно, но приятно… но всё же щекотно. В какой-то момент шершавая подушечка попала между двумя рёбрами, и Элиза вскрикнула:

— Эрик, перестань!

— Не-а, — вновь повторил упрямый и наглый гость.

Ладонь переместилась на её поясницу, отчего полумиттарка почувствовала, как к щекам приливает кровь.

— Ты много работаешь, у тебя вот здесь мышцы забились. Тонус высокий, это вредно. Сейчас разомну.

— Не-е-т, — протянула Элиза, заглядывая в фиалковые глаза. — Ты не будешь этого делать.

— Почему? — Эрик хитро прищурился. Он всегда так делал, когда что-то задумывал. — Я тебя поймал и не отпущу.

— Спорим, отпустишь? — в ответ прищурилась Лиз.

Малиновые брови поползли на лоб.

— Удиви меня. Я сильнее.

— Я сделаю так, что ты меня отпустишь, — вновь с удовольствием повторила Элиза. — Ну что, спорим?

— На желание.

— Да пожалуйста, — фыркнула Лиз. Она точно знала, что с лёгкостью выиграет это пари.

— Договорились, — кивнул Эрик, крепче прижимая её к себе. — Сейчас я тебя буду держать, мы вместе заснём…

— У меня плита включена, там твой пирог. Он уже готов. Мне надо его достать и выключить духовку, — прервала его планы полумиттарка.

Эльтониец шумно вздохнул, расцепил руки и проворчал:

— Это было нечестно.

Эрик Вейсс

С первой ночи на Хёклу отношения между мной и Алессой неуловимо изменились. Потеплели, что ли?.. Я больше не чувствовал в её голосе сарказма или иронии, она не старалась меня уколоть едкой фразой, но выглядела подавленной и часто бросала взгляды на коммуникатор. Сигнал, как я и предсказывал, не ловился нигде. Я понимал, что надо бы сказать правду насчет того, что рано или поздно нас вызволят с Хёклу, это лишь вопрос времени, но всякий раз одёргивал себя, потому что не мог этого гарантировать. Да и подобрать удачный момент было сложно.

Днём мы выбирались на берег, надевали затемняющие полумаски и занимались пополнением запасов пищи и воды. Алесса вдумчиво искала подходящие молодые кристаллы нужных оттенков, из которых можно откачать воду, и аккуратно вскрывала их, а я занимался ловлей гекконов. Уже на второй день стало ясно, что, во-первых, ящериц не так много, как хотелось бы, а во-вторых, они очень юркие и быстрые, и даже с моей реакцией бывшего гонщика поймать их весьма затруднительно. В итоге я приспособил пустые пластиковые боксы из-под сухпайков в качестве ловушек. Накидал на дно веточек и листьев, немного крошек от галет и дождался, когда в боксы заползут мухи и жучки, затем натянул сверху разрезанные по швам пищевые пакеты — рулон удачно нашёлся в бардачке «Тигра». Проделал прорези сверху в последних. К концу дня несколько мелких ящериц попалось в самодельную ловушку, но это был не тот улов, на который я рассчитывал. Зато когда Алесса на четвёртый день нашла в тени огромного минерала тёмно-бордовых брюхоногих моллюсков величиной с кулак, дело пошло быстрее. На такую приманку уже через пару часов прибежал первый упитанный ящер.

Световая часть дня была очень длинной — более семнадцати часов, но уже в полдень звезда начинала светить так ярко, что приходилось прятаться внутри истребителя, чтобы дать передохнуть глазам. К счастью, тонированные иллюминаторы «Тигра» спасали от этой напасти. Как я и думал, в мелководной лиловой реке из-за повышенной концентрации солей рыба не водилась, да и крупных птиц мы не видели тоже. После шумного делового Иона планета Хёклу казалась сюрреалистичной: никаких посторонних звуков и запахов, скудная полупрозрачная растительность, даже почвы привычной — и той не видно. Всё либо песок, либо клочки мха, либо кристаллы самых разных форм и оттенков. И звенящая тишина, нарушаемая лишь редким шелестом ветра.