Книга Папа для особенной звёздочки, страница 40 – Селина Катрин

— И не пытайтесь нам тут рассказывать басни, что связь не работала абсолютно всё время. Мы оба прекрасно знаем, что такая байка не стоит даже сбитого спутника на орбите!

— Спасибо за дополнение, — сказал Рейтар Хольмарк, бросив взгляд на Ворта, — но впредь прошу меня не перебивать. — И снова обратился к Ксайрону: — За куда меньшие проступки офицеров лишали званий и с позором выгоняли из Космического Флота без права восстановления. А в данном случае речь идёт не просто о нарушении — это пятно на репутации военно-космических сил. Адмирал Эллариан, вы признаете вину?

Наступила пауза.

В воздухе разлились непонимание, удивление, лёгкий флёр обескураженности и осуждения. Очевидно, большинство собравшихся адмиралов впервые услышали о нарушении.

Ксайрон, так и не севший ни в одно из кресел зала для конференций, гордо вскинул подбородок:

— Я действительно признаю, что забрал человеческую девочку с Террасоры и привёз на Цварг. Но я отказываюсь от признания вины за нарушение принципа невмешательства…

Договорить он не успел. Ворт скривился, будто унюхал что-то гнилое, и коротко мерзко хохотнул.

— Вот оно! — бросил он. — Классический случай. Месяцы в изоляции, глубокий космос, перегрузки — и в итоге у адмирала поплыл навигатор. Сначала слюни и «высокие чувства», потом отрицание очевидного! С такими формулировками, господа, это уже не вопрос дисциплины. Это вопрос вменяемости! Как я и говорил, тут, возможно, надо не только звания лишать, а назначать полное психобследование.

В помещении поднялся гул, мужчины начали оборачиваться и переговариваться, воздух заполнило множество эмоций. Обычно цварги старались держать их под жёстким контролем, но такое заявление нельзя было оставить без реакции.

Если Эллариан действительно утратил профпригодность, значит, под сомнение попадало всё: его решения, рапорты, приказы за последние циклы. Где именно у него сорвало стабилизаторы? Когда? Что он успел натворить, пока ему доверяли флот и командование? А если за этим стояло не безумие, а что-то хуже — попытка прикрыть другие, куда более серьёзные преступления?

Адмирал Ворт выставил Ксайрона на голову больным.

Подлая тварь! Не обвинил — намекнул. Так и делают те, кто умеет уничтожать чужое имя. Приговор можно оспорить. Сомнение — никогда. Оно уже посеяно, уже живёт в мыслях тех, кто сидит за этим столом и смотрит на Ксайрона чуть иначе, чем минуту назад.

За сто с лишним лет безупречной службы.

Даже если решение будет вынесено в его пользу, сказанного уже не стереть.

— Всем молчать! — к счастью для Ксайрона, гаркнул Рейтар Хольмарк. — Адмирал Эллариан, объяснитесь!

— Я отказываюсь от признания вины за нарушение принципа невмешательства, — тут же скороговоркой повторил Ксайрон. Его голос звучал ровно и чётко. — Напомню, его суть в запрете на технологическое и медицинское влияние при контакте с представителями отсталых миров. Девочка с Террасоры больше не является объектом этого принципа. На неё оформлены документы на удочерение, подтверждённые Планетарной Лабораторией Цварга. С момента их утверждения она получила статус гражданки Цварга и перешла под юрисдикцию Федерации. Теперь это моя дочь Элоди Эллариан.

— О-о-о… — послышалось удивлённое в зале.

Судя по бета-фону, настроение части собравшихся изменилось, и большинство с уважением посмотрело на Ксайрона, но увы — не все.