Книга Папа для особенной звёздочки, страница 30 – Селина Катрин

— Эй, инопланетёнок, ты слышала? Ты теперь официально моя дочь!

Ксайрон подхватил Элоди на руки и на радостях подкинул в воздух. Девочка в ответ залилась счастливым смехом. Адмирал, отдавая приказ о приземлении, был уверен: самое сложное осталось позади.

Он даже не допускал мысли, что всё только начинается.

— Ксай, ты издеваешься?! — прошипела Лаура.

«Восход» сел после заката. Стандартные процедуры по завершении посадки заняли куда больше времени, чем рассчитывал Ксайрон. Отчёты о расходе топлива, рапорты о состоянии здоровья членов экипажа, подтверждение выполнения поставленной задачи — закупки каменных роз на Террасоре, передача дежурств, проверка журналов. Всё то, что обычно проходило фоном, в этот раз тянулось мучительно долго, словно сама система испытывала его терпение.

Когда адмирал наконец покинул крейсер, город уже утонул в вечерних сумерках. Гравитация Цварга была знакомой и всё же чуть-чуть иной, чем искусственно выверенная на борту «Восхода». Тело откликнулось сразу: едва заметным давлением в коленях, смещением центра тяжести, тем самым ощущением, которое не фиксировалось приборами, но безошибочно считывалось организмом. Воздух тоже был другим — более густым и влажным, насыщенным целой смесью ароматов. А лёгкого ветра и вовсе не существовало в стерильных коридорах крейсера.

Ксайрон на мгновение замер, позволяя себе эту паузу. Где-то вдали гудел транспорт, мерцали огни, планета жила своей собственной жизнью — без рапортов, уставов и подтверждений выполнения задач. Он был на родине и одновременно чувствовал себя здесь гостем.

К этому времени суток дорожный трафик рассосался, и до дома адмирал добрался относительно быстро. Но только он успел ступить на гладкий мрамор холла, как из гостиной вышла Лаура. Она всегда его встречала, это было их маленькой традицией. Однако сегодня традиция явно сыграла против. Больше всего Ксайрон мечтал после длительного путешествия лечь спать, но не всем мечтам суждено сбываться.

— Я же ясно сказала, — кричала госпожа Эллариан, — что не хочу видеть этого ребёнка в своём доме! Ни сегодня. Ни потом. Ни когда-либо!

Ксайрон молча снял белоснежные перчатки, убрал в карман парадного кителя. Он всегда так одевался, когда оказывался на родине, потому что быть дома — праздник. Так он думал ещё сегодня утром. Спокойствие давалось ему с таким же усилием, с которым он годами держал в узде экипаж и себя самого.

— Я вернулся с задания, — произнёс он ровно. — Неужели ты не можешь порадоваться, что видишь меня впервые за четыре месяца?

— Увы, нет! — отрезала Лаура. — Пока ты мне не объяснишь, зачем решил приволочь сюда этого мальчишку — не могу.

Элоди, явно почувствовав, что про неё говорят, внезапно испуганно прижалась к брючине Ксайрона. Тот машинально наклонился и погладил её по голове, успокаивая.

— Как выяснилось, это не мальчик, а девочка. Её зовут Элоди. Это моя дочь. — Он выпрямился. — Пожалуйста, не повышай голос. Ты её пугаешь.

Стоило ему так сказать, как раскосые глаза жены полыхнули:

— Пугаю?! А то, что ты пугаешь меня — это ничего? Да мне плевать, мальчик или девочка… Это не твоя дочь, Ксайрон, очнись! Это проблема, которую ты зачем-то решил привезти с другой планеты! Неужели нельзя было её оставить где-то… Ну я не знаю, существуют же ясли! Детские сады! Планетарная Лаборатория, наконец! Отдай ребёнка госслужбе и возвращайся. С ней я тебя на порог не пущу!