Книга Папа для особенной звёздочки, страница 22 – Селина Катрин

Адмирал умудрился сделать полный обход «Восхода» с Элоди на руках. Она была такой лёгкой и тихой, что мужчина о ней периодически даже забывал. Тарсий сообщил, что ему повезло со связью и документы на удочерение ушли на рассмотрение в Планетарную Лабораторию. Двигатели были целы и невредимы, крейсер двигался строго по графику, никаких непредвиденных ситуаций больше не происходило.

В течение дня Ксайрон выполнил не только все свои стандартные обязанности, но и зашёл в отсек снабжения. Там, между контейнерами с формой и аварийными комплектами, он долго и сосредоточенно изучал каталоги тканей. Детской одежды на флагмане, разумеется, не существовало — не тот профиль миссий.

Ксайрон выбрал самые мягкие из доступных материалов, медицинские, гипоаллергенные, и собственноручно перепрограммировал швейный автомат. Форму для офицеров Космического Флота шили, как правило, на масштабном производстве, а машина на «Восходе» стояла на всякий случай. Мало ли крейсеру надо будет срочно приземлиться на планете с очень агрессивным климатом и у офицеров не окажется подходящей одежды.

Ксайрон, хмыкнув, смёл пыль со швейного автомата и подключил его к системе питания корабля. Пришлось немало попотеть, чтобы вспомнить курс программирования, который он изучал, ещё будучи кадетом Академии Космофлота. Не все функции хотели запускаться, некоторые компоненты устарели и требовали обновления, а часть переменных казалась Ксайрону вовсе ненужной. Он как нельзя лучше понял смысл поговорки «Читать чужой код — самое неблагодарное дело на свете. Это как чинить корабль, собранный из запчастей разных эпох». Несколько раз мужчина запускал в пошив пробные экземпляры, но получались либо слишком длинные штаны, либо слишком узкие рубашки.

Адмирал в который раз выругался и поймал себя на том, что мысленно всё проклинает. В итоге в технический блок забрёл кадет Тевин, и они вместе разобрались с устаревшим аппаратом.

Машина, привыкшая штамповать униформу и термобельё, недовольно мигнула, но подчинилась. Ксайрон задал новые параметры, уменьшил лекала, добавил простые застёжки — без жёстких швов и острых краёв. Особенно сложно было объяснить алгоритмически, что не стоит вырезать в штанах дырку под хвост. Похоже, до сих пор аппаратом пользовались только хвостатые. Когда швейная машина наконец выдала первый крошечный комплект, адмирал испытал колоссальное облегчение и поймал себя на странной мысли: ни один приказ свыше за годы службы не требовал от него такой сосредоточенности.

Они с кадетом Тевином закончили под утро. Ксайрон смотрел на стопку крошечных вещей — и не мог вспомнить, когда последний раз так уставал. И когда последний раз был так доволен результатом. Элоди обзавелась крошечным мягким бельём, тремя парами штанишек, которые на ней сидели скорее как узкие брюки, и пятью удлинёнными рубашками военного образца.

«На месяц полёта хватит, а на планете куплю нормальную детскую одежду», — решил адмирал.

На этом всё хорошее заканчивалось.

Прошло трое полных суток, за которые Ксайрон вместе с корабельным поваром пытался накормить Элоди чем-то кроме каменных роз, но все попытки заканчивались тотальной неудачей. Жан так расстарался, что даже где-то откопал какао-бобы и собственноручно сварил шоколад, но кроха не стала есть и его. Сахар, ягоды, кешью, солёный арахис… Большинство продуктов Элоди даже пробовать отказывалась. И да, пила она лишь воду и только из прозрачных стаканов.