Книга Каролина. Часть четвертая, страница 43 – Мэри Ли

— Вы не можете быть уверены, что никто не решит навредить или не сойдет с ума, – подает голос мой пессимизм и знание людской натуры.

Дейл дарит мне короткий взгляд, обычно так смотрят на глупого человека или на ребенка, который сморозил какую-то нелепицу.

— Но мыуверены, – с нажимом сообщает он. – Мы живем иначе. Понимаешь? Мы ведь братья.

Не понимаю. Хотела бы ощутить дух единства с окружающими людьми, но это сложно сделать, когда за тобой охотится Элли и Поул. И у меня совершенно нет уверенности, что Молли не придет в комнату ночью и не перережет мне горло.

— А люди, которых вы сюда притащили? – не унимаюсь я.

— Они теперь тоже наша семья.

Как же, семья. Хотела бы я кого-нибудь назвать семьей и чувствовать при этом то, что испытывают друг к другу близкие люди.

Не понимаю, когда успела окутать руками живот, но быстро убираю их оттуда. Слишком явным он становится при таких объятиях.

Когда дети появятся, я смогу сказать, у меня есть семья.

На глазах выступают слезы. Сначала это кажется умилительным, а потом раздражительным. Утираю лицо и замечаю, как нам на встречу идет Молли. Она со всеми приветлива, улыбается и перекидывается парой фраз с каждым, кто попадается ей на пути, но стоит взгляду девушки остановиться на мне, как улыбку моментально сдувает. Но она быстро берет себя в руки и в знак приветствия машет Дейлу, он отвечает ей тем же.

Пока не успела дать себе подзатыльник, спрашиваю:

— А как здесь оказалась Молли?

Дейл задумывается и оборачивается, чтобы посмотреть вслед вышеупомянутой особе.

— Ее Брайан привез, еще до того, как они с Адрианом пробрались в Салем.

Она здесь давно.

— Вот как. И где он ее нашел? – стараюсь держать голос в узде и не позволяю ему дрогнуть или прогнуться. Если уж я созналась себе, что ревную Брайана к Молли, то никогда не проговорюсь об этом другим. Быстрее язык откушу, чем расскажу об этом.

— Молли уроженка Дэйли. Брайан спас ее, она сказала, что ей то ли негде жить, то ли опасно ей там оставаться, я уже не помню.

— И поэтому она живет с Брайаном.

— Нет. С Брайаном никто не живет, но она приходит к нему. Периодически.

Нет. Я не буду спрашивать, зачем она туда ходит. Даже от предположений становится тошно и мерзко. Живя в Салеме, Брайан никого не пускал к себе домой, а тут у него, значит, проходной двор.

Как же Брайан меня сейчас взбесил, хотя находится хрен знает где.

— Насильно мы сюда никого не привозим.

— А если кто-то захочет уйти? – спрашиваю я, заботясь о Миллиган.

Дейл останавливается перед аркой, стоит пройти в нее и ты окажешься в столовой. Уже отсюда слышу звяканье ложек о тарелки и тихие голоса.

— Уйти нельзя. Второго такого места больше нет, а если и есть, его невозможно найти. Это наш дом и мы оберегаем его. Брайан не рискует Ани.

Об этом я уже думала. Не знаю, как сообщить Миллиган, что она больше никогда не увидит Салем. Скорее всего доктор и так подозревает об этом.

— Не удивительно, – шепчу я.

— Но когда люди просят, чтобы мы взяли их с собой, то мы предупреждаем, что вернуться они не смогут.

— Не уверена, что на такое стоит соглашаться.

— Порой жизнь настолько ужасна, что неизвестность лучше, – неуверенно произносит Дейл.

Если углубиться, то всех нас ждет неизвестность. Даже если сегодня жизнь прекрасна, это не гарант счастливого завтра.