Книга Каролина. Часть четвертая, страница 25 – Мэри Ли

За спиной тишина и поэтому приходится оторвать взгляд от мамы и повернуться.

— Могу сделать узи, но нужно будет сдать кровь. Я не гинеколог.

— Хорошо.

— Вам?

— Мне.

Огли вздыхает и кивает.

— Можете прийти ко мне завтра с утра.

— Сейчас, – говорю я, отпуская мамину ладонь и обещая ей. – Я еще вернусь.

Выхожу из палаты и устало смотрю на Дейла, он поджимает губы. Отвожу от него взгляд, чтобы не смущать. Он сейчас в той ситуации, что не сможет найти подходящих слов, чтобы как-то приободрить меня. Это и не нужно. Случаются моменты, когда слова не нужны. Им нет места.

Доктор запирает палату и уводит меня в другую, включает свет и приказывает:

— Ложитесь на спину и поднимите кофту.

Делаю, как велено. Даже не вздрагиваю, когда холодный гель ложится на живот. Минуты проходят в тишине, а потом доктор произносит:

— У тебя… удивительно.

— Что там? – напряженно спрашиваю я и заглядываю в экран.

Ничего не понимаю, смотря на черно-серо-белую картинку. Доктор внимательно рассматривает и водит аппаратом по животу.

— Да, точно, – бубнит он.

Я бы уже вскипела, если бы не была настолько вымотана и физически, и морально.

— Вытрись, – бурчит он.

Принимаю из его рук полотенце и обтираю живот. Принимаю сидячее положение и встречаюсь взглядом с Огли.

— Я не гинеколог, но уверен, что тебя и Люка ожидает подарок.

— Подарок? – глухо переспрашиваю я.

— Да, мы так называем беременность. Это ведь своего рода подарок свыше, так говорят люди, а врачи с ними не спорят.

— Вы там прям ребенка увидели?

— Нет. Плодные яйца. Их два.

— Я буду благодарна, если вы объясните мне все на человеческом, а не на докторском.

— По моим данным у вас будет двойня. Крайне редкое явление в наши дни.

Что он несет…

— Двойня? Два ребенка? Перепроверьте, может, все-таки один? Или ноль? Или…

— Точно два. На данный момент.

— Их может стать больше?

— Только меньше. Лучше вам прийти к гинекологу. Беременность правящей семьи это… я вас поздравляю. Вы будете замечательной мамой.

Доктор не вкладывает в эти слова ровным счетом ничего. Скорее всего так принято говорить, когда появляется вероятность беременности.

— Спасибо, – шепчу я, спускаясь с кушетки, совершенно неуверенная в том, что буду хорошей матерью.

— Что по поводу Оливии? – спрашивает Огли.

— Не смейте ее отключать.

Выхожу из палаты и киваю Дейлу. Вернувшись домой, снова сажусь на диван и какое-то время смотрю перед собой.

— Дейл, как только Адриан вернется в Салем, ты отвезешь меня к Брайану, – произношу я бесцветным тоном.

— Боюсь, это невозможно.

Фокусируя на нем упрямый взгляд и твердо повторяю:

— Отвезешь.

После возвращения в Салем прошло шесть дней, а я все никак не могу прийти в себя. Внутренний мир изменился до неузнаваемости, а внешний ничем не отличается от того, каким был месяц назад.

Город продолжает жить, люди ходят на работу, наводят порядки в домах, общаются с друзьями, смеются, плачут, ругаются и мирятся.

У всех есть чувства и эмоции. Наблюдая за горожанами, пытаюсь понять, не притворны ли они? Ведь мои показные чувства лживы до боли в груди.

Мне приходится общаться с огромным количеством людей, ведь последние дни Салем был без правителя. И казалось бы, что значит неделя-другая, это ведь не так долго? Это слишком долго для любого организма. Отруби голову курице и пришей ее через пять дней, и тогда поймешь, что время бесценно. Нельзя оставлять город. Он начинает разваливаться.