Книга Любовь, Сибирцев и пельмени, страница 43 – Елена Архипова

Нет, кабан, конечно, может, но это точно не про моего одомашненного.

И только я собрался двинуться в сторону Марины — не хватало ещё, чтобы Любаша её увидела, как на крыльцо вылетела фурией моя правильная девочка.

Волосы развеваются, глаза молниями сверкают, грудь под свитерком ходуном ходит. Ох, ты ж, мать вашу! Валькирия!

А что это у неё такое в руках? Моя куртка? А зачем?

И тут меня пробивает током от её тона и слов, с которыми она ко мне обращается:

— Сибирцев, ну что за детский сад? Почему раздет? Понравилось, как я тебе уколы делаю, да?

И пока я молчал, пытаясь как-то это всё переварить и среагировать, она, обращаясь к Проше, проговорила ласковым голоском:

— Проша, мальчик, иди сюда! Не ешь каку! Фу! Отравишься ещё силиконом и химией! Пойдем, я тебе твоё любимое мороженое лучше дам.

И удивительное было во всем этом не то, что кабанчик потрусил к Любаше. Кабаны животные очень умные. И слова прекрасно понимают и запоминают. Уж слово “мороженное” этот паршивец точно знал! А то, что Любаша сама его к себе позвала!

Нет, ну ты смотри, как ломанулся-то, а! Вон, даже хвостиком, предатель, завилял от счастья.

А ведь Любаша не боится этого подхалима. Сама позвала, сама стоит, ждет и улыбается.

Ультразвук от калитки как-то резко сошел на нет, стоило только Любаше показаться на крыльце.

Хотя нет. Поторопился я радоваться. Ультразвук оборвался, а вот то самое, чем Любаша назвала Марину, обращаясь к кабану, полилось.

— Мымра белобрысая, это у кого здесь химия и силикон, а? Ты на что это тут намекаешь?

Ох, ёлки…

— А! То есть то, что ты у нас “фу, кака” для Проши, не возражаешь, я правильно понимаю?

Пока Марина хлопала ресницами, создавая ветер, и шлепала губами, и правда, увеличенными искусственно, Люба рассмеялась и перевела взгляд на Савву. Попросила:

— Сибирцев, одень куртку! Нечего тут всяким… — замялась, подыскивая правильное определение, но, так в итоге ничего не найдя, просто повторила: — Всяким смотреть на тебя! Пусть на своего мужа любуется!

— Чего?? — Марина двинулась в наступление, не выпуская из поля зрения кабана. — Это кто здесь “фу, кака”? Я?

— Не перебарщивай с ботоксом в следующий раз. Всё-таки он не только на сокращение мышц лица влияет, но и замедляет скорость передачи информации нервным окончаниям.

— Ты чё несешь, моль бледная? Какая скорость передачи? Савва, да скажи ты этой мыши белобрысой, кто я такая!

Люба спустилась с крыльца, прошла мимо Проши, похлопав его по боку, подошла к Савве и подала куртку.

— Спасибо, — ответил тепло, забирая одежду из рук жены и изо всех сил пытаясь не расхохотаться.

Люба дождалась, пока он оденется, подошла ближе, обняла за талию и потянулась губами к его щеке.

Савва охотно наклонился, и на глазах у заинтересованной публики в лице Марины Любаша чмокнула мужчину в губы — Савва резко повернул к ней лицо.

Пользуясь тем, что непрошенная гостья стоит далеко, спросила:

— Это кто? Бывшая твоя?

— И да, и нет, — ответил уклончиво.

— А это как?

— Секс. За деньги, — признался нехотя.

— Оу! — выдохнула удивленное.

— Любаш, я всё об…

— Ч-ш-ш, — тонкий палец лег на губы мужчины, не давая ему договорить.

— Да какого черта здесь происходит? — взвизгнула брошенная любовница, привлекая к себе внимание. — Савва, она кто вообще?