Книга Любовь, Сибирцев и пельмени, страница 37 – Елена Архипова

— Наконец-то! Свершилось! А то всё один да один. Совсем тут одичал со своим кабаном.

— Клавдия! — раздалось укоризненное и со вздохом от Саввы.

И не менее укоризненное “Хрю!” из-за двери.

— Похрюкай мне ещё там, паршивец! Вот сейчас хозяину-то всё о твоем поведении расскажу! — пригрозила на полном серьёзе женщина, глядя на закрытую дверь и обращаясь при этом к Проше.

Люба, услышав это, невольно начала улыбаться. Похоже, у Клавы с Прошей всё-таки был налажен контакт.

Клавдия тем временем вновь перевела на неё взгляд, пояснила:

— Бастовал он мне тут, понимаете ли! — И, спохватившись, засуетилась. — А что же это я хозяйку-то на пороге держу! Вот же, паразит, совсем мне голову тут задурил со своей тоской по папке! — обращаясь к двери и вновь повысив голос. Потом уже улыбнувшись и тише: — Люба, да вы вот здесь раздевайтесь. Сейчас кушать будем. Голодные же, наверное, с дороги.

— Любаш, вот здесь одежду повесить, вот здесь тапки есть одноразовые, — раздалось от Саввы.

— Не надо одноразовые. У меня есть с собой, в чемодане. Ты только скажи, где руки помыть и куда чемодан откатить, чтобы распаковать.

— Ну пойдем, дом тебе покажу, — Савва быстро разделся, помог Любе убрать её новый пуховик в шкаф, взял её за руку и уже собрался устраивать ей экскурсию по дому, но был остановлен Клавдией.

— Вы кушать-то будете, или опять к этой старой прошмандовке Машке по дороге заезжал, а?

— Не выдавай меня! — подмигнув, шепнул Любе и тут же, развернувшись к женщине, совершенно искренне и ничем не выдав себя, выдал: — Клава, ну что за подозрения? Конечно, голодные! Ну сама подумай, как я мог в ту забегаловку жену привезти?

— Вот так бы и давно! — прозвучало самодовольно. — А то взял, понимаешь ли, моду заезжать черте куда и есть не пойми что, когда его тут всегда еда домашняя ждет! У меня тут щи из кислой капустки вчера сварены, как раз настоялись. А сегодня вот пироги с зайчатиной испекла, теплые ещё.

— С зайчатиной? — спросили одновременно.

— Откуда? — уточнил Савва.

— Так Васильич три дня тому как на охоте был. Вот приволок мне, дурак старый. Куда мне того зайца? Здоровый, что твой поросенок! Я вот и вам пирогов напекла, и Ильиничне дала на подливу да на пироги. Ой, ну вы идите, идите, я тут пока на стол соберу.

— Васильич к Клаве нашей сватается, задабривает вот, мясо ей таскает. А она всё думает, — шепнул Савва, едва они отошли от Клавы на безопасное расстояние. — Год уж думает.

Люба, услышав подробности личной жизни абсолютно незнакомых ей людей, только вздохнула, подумав: “Ну как же у них тут всё по-простому и на глазах у всех”.

— Савва, а откуда Клава обо мне знает?

— Ну так я сам сказал.

Ответил так запросто, будто это нормальное явление. Впрочем, похоже, что да, обычное…

— Любаш, тут у нас зал с камином, — обвел рукой Савва большую комнату, — ну и телевизор. Правда, не помню, когда включал его в последний раз. Но без него никак. Односельчане не поймут, — усмехнулся, стрельнув взглядом в сторону кухни, где суетилась Клава, и потянул Любу дальше.

— Здесь мой кабинет. — Дверь распахнулась, и Люба оказалась в светлом кабинете.

Большой рабочий стол занимал половину комнаты, на нем, словно это был командный центр, располагались сразу три огромных монитора.

Если бы Люба не знала, что они находятся вдали от цивилизации, она бы не поверила, что такое возможно увидеть в деревне. Но, зная Савву, она уже не слишком удивлялась – его дом, хоть он и стоял в деревне, был оборудован по последнему слову техники, как далеко не у каждого в городе.