Онлайн книга «Они придут»
|
Дальше стало твориться невероятное. У бабушки случилась истерика, она испугалась настолько, что не могла себя контролировать. Протянула руку к конфетам, видимо, хотела выбросить, но воскликнула: — Нельзя же трогать! Вытащила из-под раковины мусорное ведро, схватила ложку и с ее помощью смела в него конфеты, следом отправив ложку туда же. Затем, причитая невнятно, бабушка потащила меня в ванную, включила воду, велела мыть руки, при этом сетуя, что бесполезно же, не поможет, не поможет. Метнулась в комнату, вернулась с бутылочкой святой воды из церкви, принялась умывать меня, лить святую воду на руки и на голову. Вода быстро кончилась, и бабушка заплакала. Я зарыдала тоже, не понимая, в чем дело, просила прощения, понятия не имея, за что. — Печет, — пробормотала бабушка и потащилась обратно на кухню, добралась-таки до аптечки, нашарила таблетку, сунула в рот. Не зная, что делать, вконец перепуганная, уверенная, что любимая бабуля вот-вот умрет, я, не спросив разрешения, бросилась к телефону и позвонила маме на работу. Сквозь слезы пыталась сказать, что случилась беда и пусть мама скорее идет домой. Подошла бабушка, забрала у меня трубку, но мама, прокричав, что выезжает, не стала ее слушать. Вскоре и она, и папа ворвались в квартиру. Наверное, родители готовились увидеть здесь хладные трупы, потому что с порога бросились ко мне и бабуле, начали обнимать, целовать, вертеть и осматривать на предмет ран и повреждений. В общем, был полный хаос и бедлам, а когда ситуация прояснилась, стало ясно, что никто не заболел, не покалечился, нас не ограбили, у бабушки нет инфаркта, короче говоря, не случилось ничего осязаемо-кошмарного, мама и папа вроде бы расслабились, но и рассердились. — Я чуть под машину не угодила, бежала домой! Все самое страшное передумала! Ника рыдает, ты кричишь, что я должна была делать? — Ну, знаете ли, Арина Ивановна, это чересчур даже для вас! Нику угостила женщина, а вы решили, что это ведьма, которая желает ее извести! Вы себя слышите? Полагаете, это сказка про Белоснежку, которую ведьма отравленным яблоком угостила? Нам скоро ожидать появления семи гномов? — Хватит язвить, — внезапно выкрикнула бабушка, и папа умолк, подавившись последними словами. — Если бы вы пережили то, что я, тоже бы боялись… — Голос ее взлетел к потолку и оборвался. Она умолкла, а потом договорила упавшим, измученным голосом: — Наверное, я перегнула палку. Может, та женщина впрямь ходила и угощала детей в память о покойной дочери. Скорее всего, так и есть! Но если бы вам довелось испытать то, что я испытала, вы бы тоже стали бояться ведьм. Мама подошла к бабушке, обняла ее, поцеловала в щеку. — Прости, мам. Я не должна была кричать. Она выразительно поглядела на папу, и тот тоже извинился, а после сказал: — Арина Ивановна, прошу, расскажите, что с вами стряслось. Возможно, вы выговоритесь, поделитесь с родными, вам станет легче, спокойнее. — Действительно, сколько можно делать из этого тайну! — поддержала его мама, и в результате бабушка, слишком потрясенная и растерянная, чтобы возражать и сопротивляться, рассказала нам всё. — Я никогда не говорила, откуда родом. Даже ты, дочка, знаешь, что я в детском доме выросла — и только. Однако попала я туда будучи подростком, а до того жила в деревне. Не важно, как она называлась, в каком уголке нашей страны находилась: я стараюсь стереть это из памяти, а вам и знать не нужно. Годы были послевоенные, суровые. Тяжело люди жили, но радовались — война кончилась, мирные дни наступили; трудись, детей расти, радуйся, что выжил, что мужья да отцы с фронта вернулись. И люди жили, планы строили, мечтали, любили. Пусть и не было особого достатка, но всем всего хватало, и было у нас главное — будущее. Вернее, так всем казалось. Мы же еще не знали, какая нас страшная беда поджидает. Жила в нашей деревне ведьма. На отшибе жила, пришла не пойми из каких краев, никто этого не знал, заняла пустующий дом. Ее не выгнали, тогда еще война шла, мало ли, что у человека произошло, небось, потеряла близких, бедная. Так рассуждали. Женщина как женщина, живет себе и живет. |