Онлайн книга «Смерть с твоим лицом»
|
* * * Свет бритвенным лезвием резанул глаза. Валерий Хавроньин попытался приподняться, но сильная боль где-то ближе к центру груди вернула его в горизонтальное положение, и он опять едва не потерял сознание. — Ты это куда собрался? — Женщина в белом халате и белой косынке осуждающе посмотрела на лежащего. — У тебя тяжелое ранение в грудь и правое легкое задето. — Легкое? — со страхом спросил лейтенант Хавроньин. — Легкое, легкое… — повторила женщина в белом халате. — Так что лежать тебе еще и лежать… — Женщина пропустила вперед себя мужчину средних лет, в котором лейтенант узнал начальника отдела по борьбе с бандитизмом и дезертирством майора Щелкунова. — Вот, — повела женщина головой в сторону Виталия Викторовича, — с тобой поговорить хотят… Валерий Хавроньин опять попытался приподняться и был остановлен уже майором: — Лежи! Лейтенант послушался и уставился на Виталия Викторовича. — Что там у вас произошло? Ты видел, кто в вас стрелял? — спросил майор Щелкунов. Хавроньин утвердительно кивнул. — Да. — Так… уже хорошо. Узнать преступника сможешь? — задал Виталий Викторович очередной вопрос и получил обескураживающий ответ. — А что его узнавать-то, — тихо произнес лейтенант Хавроньин. — Это был старший лейтенант Гапоненко… — Кто?! — ахнул от неожиданности Щелкунов и, как показалось Валерию Хавроньину, даже слегка подпрыгнул на месте. — Старший лейтенант Федор Гапоненко, — твердо повторил раненый и посмотрел майору прямо в глаза. Лейтенант Хавроньин не бредил (пребывал в полном сознании), не заговаривался (взгляд осмысленный, прямой), что трудно встретить при других серьезных ранениях или контузиях, — все-таки пуля прострелила ему грудь, а не попала в голову. При ранениях головы с людьми могут происходить непредсказуемые вещи: она забывают прошлое; не помнят, как их зовут; даже если ранение случилось в легкой форме, то они говорят с трудом. Даже если пуля не задела критические отделы головного мозга, то она все равно наносит здоровью колоссальный урон. Ведь крохотный кусок металла, летящий на огромной скорости, передает мозговому центру всю свою кинетическую энергию, после которой интеллект никогда не оправится. И тут Виталий Викторович вспомнил показания соседа Казаряна, горбоносого свидетеля в полосатой пижаме, похожей на робу каторжанина, утверждавшего, что он видел Фрунзика Казаряна, когда подходил к дому. Казарян попался горбоносому соседу навстречу, когда вышел из подъезда их дома. Сосед, поднявшись на второй этаж, увидел раскрытые двери квартиры Казарянов, а когда он вошел в квартиру, то обнаружил в ней этого самого Фрунзика лежащим мертвым. Показаниям горбоносого свидетеля тогда не поверили. И как могло быть иначе? Ведь такого не могло быть, чтобы примерно в одно и то же время видеть одного и того же человека живым, активно двигающимся — и лежащим бездыханным. Выходит, что зря не поверили… — А Сема Парфенов, он как? — спросил лейтенант Хавроньин. Майор Щелкунов промолчал. — Так как Парфенов? Куда ранен, товарищ майор? — продолжал допытываться Валерий Хавроньин, уже почувствовав неладное. — Убит Семен, — глухо произнес майор Щелкунов, стараясь не встретиться взглядом с лейтенантом. — Так что вы сидите? — опять приподнялся на постели лейтенант Хавроньин. — Немедленно арестуйте этого гада Гапоненко! Да если б я мог, я б его своими руками… |