Книга Бой на далекой реке, страница 82 – Александр Тамоников

И сказать по правде, Вячеславу будет не хватать Анны. Да, он не соврал, француженка в самом деле уходила так уже не в первый раз. Но только раньше она всегда доводила работу до конца. Интересно, конечно, что было на самом деле ее заданием, но в всяком случае, она дважды помогла Богданову. Тогда, на приеме, искусно разыграв сценку узнавания, и вчера, ведь именно ее люди, пусть они и следили за оперативником, но все же вытащили его из воды, и сама Бадье…

— Отставить, — строго сказал себе Вячеслав, — отставить.

Хотя на самом деле проще и правильнее было бы признать, что он будет скучать. Они никогда не смогли бы быть вместе. Слишком похожие и слишком разные. И оба слишком любят свою службу. Их удел — мимолетные встречи. Вот как сейчас.

— На самом деле тебе очень повезло, — заметил Дубко, словно прочитав мысли друга, — ты сам знаешь, я не особо люблю говорить про чувства и все, что с этим связано, да и у нас с тобой тут небольшой международный конфликт и возможное начало войны на руках…

— И когда было по-другому? — иронично спросил Вячеслав, приподнимая бровь. Вторую. Не ту, что сейчас пряталась за синяком.

— Вот да. Но посмотри на это все с другой стороны. Тебе повезло, потому что в твоей жизни была Анна, и она в ней есть. Все то, что между вами было, не отнимет никто. Ни Багиров, ни ее наниматель. В твоей жизни существует и время от времени громко хлопает дверью, приходя и уходя, уникальная, потрясающая женщина.

— А может быть, я люблю домашних, уютных кошечек? И мечтаю именно о такой — борщи, тапочки, или что еще там бывает в таких случаях.

— Табуретка, веревка, мыло между двумя эфирами трансляции «Лебединого озера», — пошутил Дубко, но на самом деле у него тоже была «Она». Та, кого он называл мысленно с большой буквы и к кому мечтал вернуться, только жила она в другом городе, работала простым учителем в школе и виделись они, кажется, три или четыре раза за всю жизнь.

— Рябов?

— Уже с утра на разведку умотал. По твоему заданию, я так понимаю, — отчитался Дубко.

Богданов кивнул.

Почему-то Вячеслав был уверен, что информация до центра не дошла. Да, Викинг был уникальным агентом и мог найти кого угодно и, похоже, переправить кого угодно и куда угодно.

Но сейчас Богданову казалось, что Багиров Синицыну не по зубам. Если бы центр получил данные, то Шабаров дал бы знать. Непонятно, правда, как, но дал бы. Он это умел.

У Вячеслава оставался еще один маленький шанс на то, чтобы передать краткую информацию полковнику. Резервный односторонний канал связи. На самый крайний случай.

Но для этого нужно, чтобы за ним никто не следил. Потому что раскрыть этот канал связи — означало бы разрушить многолетнюю работу КГБ в КНР, а сейчас, ввиду того что напряжение между странами начинало искрить в прямом смысле этого слова, такими вещами разбрасываться было нельзя. Он проговорил свои мысли напарнику.

— Крою, — привычно сказал Дубко. Не «прикрою», а именно «крою». По-армейски, что означало, что друг всегда за спиной.

Да, он всегда прикрывал, и его легенда, которую он выдал Товарищу Су, обладающему поистине звериным чутьем и вызвавшему к себе Дубко, была, как всегда, идеальна.

— Вы же сами видели, что Бадье была очень дорога моему другу. Он искренне скорбит. Он очень сильный человек, и я думаю, что и вы не хотели бы видеть стратегического партнера в трауре и морально раздавленным.