Книга Крылья мотылька, страница 3 – Юлия Пульс

Некоторое время я жила у Оли. Она сообщила о трагедии моей единственной родственнице — маминой двоюродной сестре. Тетя Эльза добилась опеки надо мной. Она жила далеко от Москвы, на Северном Кавказе, в маленьком городке Черкесск. Я никогда не была у нее в гостях и видела родственницу только на фотографиях. Мама тоже редко посещала сестру и всегда в одиночку. У них с папочкой не сложились отношения. Тетя корила его за то, что он не зарабатывает достаточно денег и не может обеспечить единственному ребенку достойную жизнь.

Мне тоже не нравились их разговоры по телефону. После таких звонков родители всегда запирались в комнате.

Мама хотела познакомить меня с сестрой, но я отказывалась. Не любила, когда обижали папочку.

Но теперь у меня не было выбора. Да и не хотелось оставаться в шумном мегаполисе. Панические атаки тревожили редко, но страх от скопления людей глубоко засел внутри.

Перед отъездом Оля настояла на том, чтобы мы пошли по магазинам и купили мне новую одежду. От переживаний я похудела на два размера и старые вещи болтались.

Государство выделило на меня, как на пострадавшую при взрыве, и на погибших в теракте родителей деньги. Я могла многое себе позволить, но решила, что кроме одежды ничего не буду покупать. Я хотела приехать в Черкесск, приобрести квартиру и жить самостоятельно. Оля вычитала в интернете, что подростки с шестнадцати лет имеют право проживать отдельно от опекуна.

Когда мы накупили необходимых вещей, подруга потянула меня в магазин техники и электроники. Настояла на том, чтобы я купила ноутбук, и взяла с меня клятвенное обещание приобрести модем, чтобы мы могли часто списываться в интернете.

Билеты на поезд были куплены. До отъезда оставалось четыре дня. Мы решили сходить в бассейн, поплавать. Оля обожала прыгать с вышки.

Картина, как она поднимается по лестнице и машет мне, чтобы я посмотрела, застыла перед глазами. Оля поскользнулась, не удержалась и упала на кафель. Врачи сказали, что шею свернула.

Тогда мир рухнул для меня еще раз.

Через день состоялись похороны, а на следующий я села в поезд. Теперь меня точно ничего не держало в Москве. Сама судьба пинками гнала из этого города, который принес столько горя.

В купе я достала из сумки серый ноутбук и погладила его по матовой поверхности. Когда мне было особенно плохо, подруга всегда успокаивала меня, поглаживая по голове. Теперь мой черед.

Я открыла пустой лист и написала:Привет, Олененок.

Из глаз покатились слезы. Я обняла единственного друга. С тех пор я рассказывала Оле все, что творилось в душе, и полюбила серый цвет.

Как только прибыла на вокзал Черкесска, тут же купила местную сим-карту и модем. Выполнила обещание.

Я вырвалась из душного зала, продолжая идти за пахнущей ландышами девушкой. Ко мне подошел таксист. Я села в машину, прочитала адрес по бумажке и отправилась к тете.

Лана

Водитель курил почти всю дорогу, заглушая сигаретами свой истинный запах лилий. От приятного, но удушающего фимиама кружилась голова. Я высунулась из окна, жадно глотая воздух, в котором витала масса запахов. Бензин, трава, гарь, цветы — они обгоняли друг друга, словно лошади на скачках, но лилии все же перебивали ароматы города. Чудилось, что даже одежда впитала в себя их дух и мне придется жить с ним еще долго.