Книга Императорский отбор, или Корона любой ценой, страница 40 – Юлия Пульс

— Все совсем не так, Нэлл, – отнял мою руку от своей щеки и крепко сжал. – Правила отбора прописаны в книге истинной магии. Это она по жребию выбрала участников. Никто во всей империи не способен устроить такой подлог. Я пришел сюда наравне с другими участниками. Так же сдавал кровь на проверку. Понимаю, что сложно в это поверить, в виду моего происхождения, но это так, – он говорил настолько искренне, что я поверила, но тогда тут же рождался резонный вопрос:

— Зачем? – замотала головой, и он ослабил хватку, выпустил мою ладонь и заулыбался. – Зачем ты пришел на отбор?

И вот стоило ему только открыть рот, чтобы ответить, как с коротким стуком в покои вошла Грута. Замахала руками-плетьми и указала Фолку на дверь.

— Извиняюсь, – подскочил с кровати и поспешил уйти.

— Фолк! – окликнула его уже у порога. – Ты так и не ответил!

— Поговорим после ужина. Куратор хочет собрать всех в торжественном зале.

Грута снова засуетилась у шкафа, вытаскивая на свет новое, но точно такое же синее платье, в котором меня избили. Значит, куратор будет до конца отбора подчеркивать, что мы все равны? Что ж. Какая разница, в чем идти на ужин? Распаленная недосказанностью Фолка, хотела поскорее закончить с подготовкой и зажать где-нибудь в темном углу венценосца. Потребовать ответа. Он нужен мне, как воздух, иначе просто не понятно, что происходит. Ну не верила я, что Фолк прибыл на жеребьевку ради развлечения. Бред. Есть что-то, до чего я почти докопалась. Должна быть веская причина!

Наставница погнала меня купаться со всей присущей ей строгостью. Я улыбнулась в ответ и потопала в уборную. Злилась на нее, что ворвалась в покои так не вовремя, но есть правила, которым каждый в усадьбе подчиняется. Вот и мне пришлось следовать приказу. Странное ощущение. Никогда не мылась каждый день. А ванну вообще пару раз в жизни принимала, когда родители несколько дней снимали приличное жилье. Оттуда нас выгнали, когда выяснилось, что луры в счет оплаты оказались поддельными. Кто-то подлый расплатился с отцом фальшивкой. Хорошо хоть жандармов на нас не вызвали, а то папа пропал бы на несколько лет раньше. Так и скитались потом по хибарам, обмываясь раз в неделю в тазу в целях экономии воды. Поэтому я очень любила засушливый сезон. Можно вдоволь плескаться в реке.

Лежа в шикарной ванне, с иронией вспоминала детство, но правду не спрятать за золотой шторкой. Сейчас моя бедная мать выживает. Несчастная и одинокая. Хоть бы у нее хватило сил дождаться вознаграждения за мою смерть! Не удавится она. Я знала. В ней есть стержень и стремление вернуть девчонок. Справится, даже если я умру. Хотя…

Нет! Нельзя о грустном! Опять проклятые слезы подступили.

— Я справлюсь, ма, – прошептала в пустоту. – Даже если придется убивать, – осип голос. Сама себе не верила. Не знаю, на что способна. Надеюсь, что на все! Пусть первые две смерти подкосили, выбили из колеи, но я не сдамся. Уже завтра будут новые жертвы, и я должна отключить все чувства. – А если Фьера или… – сознание играло со мной в жестокие игры, а фантазия подкидывала образы друзей в белом саване. Почему так тяжело? Почему не могу не думать об этом? Проклятие какое-то! Будто кто-то злой смеется и режет клинком по сердцу.

Вода уже совсем остыла, а я все продолжала лежать и смотреть в потолок. Чувство вины терзало душу, разрывая ее на куски, а страх поджигал остатки здравого смысла. Будто демоны затащили меня за темные ворота бытия и поджаривали в чане, хихикали над правдой и безысходностью. О! Как бы с ума не сойти! Казалось, я уже в шаге от этого, но лицо Груты вернуло в реальность.