Книга Ты теперь наша рабыня, страница 86 – Рин Рууд

— А ты не фиксируешь того, что я тебе сейчас твои пропеллеры вырву, — рычит Богар.

— Это бессмысленно. Боли я не почувствую, — дрон спускается на уровень наших лиц. — Давайте. Не надо скрывать свои чувства… потому что я уже вас сдал с потрохами.

— Ненавижу тебя, — шипит Оран.

— Я не про это признание, — Дрон уворачивается, когда Лирам кидает в него камень, который падает рядом бунтарем-волком.

Тот испуганно вскакивает на лапы.

— Лежать, сучий потрох! — повышает голос Богар.

Волк с поскуливанием опять валится на спину.

— Возможно, для любви рановато, — шепчу я и торопливо обрываю губами сладкие ягодки с веточки.

Оборотни образают на меня свои взгляды, и я краснею с учащенным сердцебиением, которое вторит громким ударам трех других сердец.

— Еще одна фотография в копилочку, — говорит Саймон. — И кто-то скажет, взглянув, на этот снимок, что вы хотите сожрать Ви, но…

— Какой же он говнюк, — шипит Богар, продолжая вглядываться в мое лицо.

— Я сделаю пометочку с показателями пульса, давления, частоты сердцебиения и уровнем того самого окситоцина, — продолжает Саймон.

— Я не уверен, что оборотни умеют признаваться в чувствах, — медленно выдыхает Лирам.

— Вот как? — охаю я. — швыряю ему в лицо веточку, но уже без ягод. — Может, просто чувств нет?

— Есть, — мрачно отвечает Оран.

— И какие же? — важно подбочениваюсь.

— Утащить, спрятать, накормить и заснуть рядом. И никуда не отпускать, — отвечает Оран. — И это не желание зверя, Ви. И такого я еще не чувствовал.

— А я не против, чтобы вы меня кормили, — тихо отзываюсь я. — И убегать не хочу…

— Я, как человек, хочу прожить с тобой до старости, — Лирам касается моей руки.

— И воспитывать внуков с правнуками, — продолжает Богар.

— Точно… — сглатываю. — Мне вас еще в старости терпеть… И я… пожалуй, готова к этому.

Тянусь под вспышкой нежности к Богару в желании поцеловать, но из кустов с уханьем вылетает огромная пестрая сова, накидывается на дрон, который орет голосом Саймона:

— Что происходит?!

Сова тем временем клювом выдергивает винты у Саймона, повалив его на траву.

— Я так понимаю, что это Фигушка, — вздыхает Лирам, и сова смотрит на него круглыми глазами и не моргает, прижав лапой дрон к земле.

— Фотографии я все равно успел наделать, сволочь пернатая! — шипит Саймон. — И еще, гадина, как тебе такое?

К опушке вылетают другие дроны. Фигушка вертит головой туда-сюда, наконец, моргает и резко поднимается в воздух.

— Поиграем, милая? — дроны с хохотом разлетаются в стороны. — Один пал, но остальные я не сдадутся.

— Я не знаю, как все это прокомментировать, — Оран медленно моргает.

— Я слышу их голоса! — до нас доносится восторженный девичий голосок. — Они там!

— И нет таких дронов, которые бы увели моих сестер в лес, — Лирам устало приглаживает волосы.

— И Лирам опять ворчит!

— Да он вечно ворчит!

— Как вечно-недовольный старик!

Волк-повстанец, косит умоляющий взгляд на Лирама. Кажется, он предчувствует, что и ему достанется от его сестер и хочет сбежать.

— Кстати, мои сестры продвигали идею, что некоторых преступников перевоспитать через… короче, на тебя надевают ошейник и делают домашнего песика.

— Серьезно? — Богар в изумлении смотрит на Лирам.

— Да, они маньячки. У них много странных идей.

— Одна из них, — летит к нам девичий голосок, — боевые совы-киборги!