Книга Ты теперь наша рабыня, страница 5 – Рин Рууд

— Можешь потрогать, если любопытно.

— Нет, — шепчу я, а взгляда отвести не могу.

— Он на тебя с зубами не выпрыгнет, — Богар коротко усмехается. — Не стесняйся Ви. Я не против.

Я медленно выдыхаю, а Богар неожиданно хватает мое запястье и прижимает к паху. Рефлекторно стискиваю его член сквозь тонкую ткань штанов и разжать пальцы не могу.

Твердый и большой. Я словно сжала толстую и внушительную дубинку, и я сейчас выдавлю свои глаза из глазниц от изумления и стыда.

— Ты мужчин голыми видела, Ви?

У меня так горят щеки, что они сейчас расплавятся и стекут мне на грудь ошметками.

— Видела… — шепчу я против своей воли.

Богар недовольно прищелкивает языком, но видела-то я голым нашего местного сумасшедшего. Тощего, хромого, и у него между ног болталась мерзкая сморщенная висюлька.

— Висюлька? — со смешком уточняет Богар.

И ничего кроме жалости к этому безумцу я тогда не испытала, а сейчас же я готова взорваться от смущения и страха. Кровь аж пульсирует в висках, и все мое внимание сконцентрировано на мужском достоинстве, которое я крепко стискиваю в пальцах.

— У тебя хорошая хватка, Ви, — накрывает мою ладонь своей. — Будь мягче, крошка.

Моя хватка слабеет, и я хочу отдёрнуть руку, но ничего не выходит.

— А теперь погладь.

— Я не буду, — сердце бьется о грудину отбойным молотом.

Я вот-вот потеряю сознание.

— А посмотреть хочешь?

Я молчу в ответ, потому что слово “нет” застряло в глотке острой колючкой. Поэтому я поднимаю жалобный взгляд на лицо Богара, который тихо смеется.

— Ну и моська у тебя сейчас, Ви. Я тебе будто не на член предлагаю свой посмотреть, а на смерть тысячи котят.

Я сглатываю, медленно скользнув ладонью по его члену в знак примирения, а после аккуратненько убираю руку к себе на колено. Сжимаю кулак и не моргаю.

— Для начала сойдет, — милостиво улыбается Богар, и я с облегчением выдыхаю. — Ну, что за девочка-ромашка? — убирает локон за мое ухо. — Я сейчас лопну от умиления, Ви. Я тебя ведь не из Храма непорочности забрал.

— Через минуту будем у точки телепортации, — отстраненно вещает женский голос. — Запрашиваю разрешение для телепортации в доки… Телепортация для Син Вэ разрешена без ограничений и досмотра.

— Очень уж этот Син Вэ важный мужик, — хмыкает Богар, но взгляд его становится неожиданно холодным и острым.

В телепортационном прыжке меня за одну секунду будто вытягивают, а затем сжимает, и все внутренности переворачиваются.

Я проваливаюсь к Богару, тяжело сглотнув, а он смеется:

— К этому со временем привыкаешь.

Меня тошнит.

— Путь до платформы Один-А займет пять минут.

Я кошу взгляд на боковую панель, которая становится прозрачной, как стекло, а за ней корабли.

Те самые корабли, которые я могла видеть лишь крохотными ласточками в обрывках неба среди нагромождения уродливых вышек.

И я совсем в них не разбираюсь. Некоторые из них огромные как несколько жилых комплексов. Другие не больше мобилей. Хищные, обтекаемы и остроносые.

— Это линкор, — Богар указывает на мрачную бандуру, что замерла в воздухе вдалеке ото все летающих крутых штук на фоне черного неба. — Вероятно, списанный, — Богар щурится, — тут военных кораблей не должно быть. Разберут или определят в пассажирский. Пушки уже сняли.

Я щурюсь, пытаясь рассмотреть, откуда пушки сняли, и взгляд фокусируется на пустых дырках на нижней массивной части.