Книга Ловелас. Том 4, страница 21 – Илья Взоров

Поправил очки. Положил ладонь на папку. Посмотрел на меня.

— А теперь, Кит, — сказал он, — обсудим стратегию защиты.

— Суд, кажется, прошел не очень удачно для меня.

Аарона покачал головой.

— Не расстраивайся. Я ждал такого решения. Ларкин — старый служака, для него экстрадиция — это формальность, которую нельзя ломать. Это нормально. Это первый раунд.

— А что будет вторым?

— Слушай меня внимательно. Я успел вечером и ночью изучить всю практику по экстрадиции, какая у меня есть в библиотеке, и кое-что я взял из библиотеки коллеги по дороге сюда. Картина следующая. Суд штата, в котором задержан беглец, по доктрине, закреплённой ещё в деле «Кентукки против Деннисона» тысяча восемьсот шестьдесят первого года, не имеет права рассматривать дело по существу. То есть мы не можем здесь, в Калифорнии, оспаривать обвинения Кокрана и техасского прокурора. Это бесполезно, в Калифорнии нас по существу никто слушать не будет.

— А что мы можем?

— Наш суд обязан. — Штейн начал загибать пальцы. — Первое: проверить, является ли запрашивающий документ надлежащим — то есть оформлен ли ордер по форме, подписан ли уполномоченным лицом, скреплён ли печатью, не истёк ли срок. Это формальная проверка. Ордер оформлен верно, тут не подкопаешься. Второе: проверить, обвиняется ли лицо в преступлении в запрашивающем штате — то есть указано ли в ордере конкретное деяние, конкретные статьи. Указаны. Третье: убедиться, что задержанный — действительно то лицо, которое разыскивают. И четвёртое — самое интересное. Является ли данное лицо «беглецом от правосудия» в юридическом смысле этого термина.

— И?

— И вот тут у нас не просто лазейка. — Аарон позволил себе очень коротко, почти мстительно, улыбнуться. — А прямо такие шестиполосное шоссе! «Беглец от правосудия» — это не любой человек, обвиняемый в другом штате. Это, по доктрине, только лицо, которое в момент совершения вменяемого преступления физически находилось на территории запрашивающего штата и затем покинуло её. То есть: совершил преступление в Техасе и сбежал в Калифорнию. Понимаешь?

— Я не был в Техасе. Никогда.

— Именно. Никогда. Я подниму людей. К завтрашнему вечеру у меня будет на руках письменный аффидевит за подписью десяти сотрудников издательства, подтверждающих, что мистер Кристофер Миллер в даты, указанные в обвинении, не мог находится в Техасе. Ибо был в Калифорнии, работал в офисе «Ловеласа».

Ничего себе… Действительно лазейка.

— Журнал ты печатаешь в типографии в Лос-Анджелесе. В Техас его рассылает дистрибьютор — по контракту, со своих складов в Хьюстоне и Далласе. Отгрузку организуют они, ты в этой цепочке физически не присутствуешь и никогда не присутствовал. Это — реальный, рабочий аргумент.

Он постучал пальцем по верхнему листу.

— Я это все оформлю и мы понесем это в апелляцию. Дело «Хайатт против Народа на стороне Коркрана», тысяча девятьсот третий год, Верховный суд Соединённых Штатов. Решение единогласное. Постановили: лицо, не находившееся в запрашивающем штате в момент инкриминируемого деяния, не является беглецом от правосудия и экстрадиции не подлежит. Это — наш прецедент. В нашу пользу, ровно и без оговорок.

— Но почему не сегодня⁉

Я представил, как выхожу с поднятыми руками на крыльцо суда, ко мне кидается в объятия Мэрилин, зайки… Эх, мечты, мечты.