Книга Серпентарий, страница 208 – Ирена Мадир

— Вот так, Ну-ра, ты хорошая девочка, да? – Уроборос шлепнул ее по бледной заднице, оставляя красный след от своей ладони.

Изо рта Пташки вырвался писк, но она осталась неподвижной. По ее нежной коже рассыпались мурашки. Уроборос глубоко вдохнул. Запах геля для душа и шампуня смешивались между собой, но не перекрывали мускусный сладкий аромат возбуждения Нуры.

Став на колени, Уроборос приблизился. Его язык заскользил по складочкам, проник внутрь, набирая больше смазки, и потянулся к клитору. По телу расползалась истома, а жажда впивалась в плоть, будоража сознание. Бедра Пташки подрагивали, а ее дыхание было рваным, между ног блестело от влаги, но этого недостаточно…

— Ты помнишь? – Уроборос встал. – Если ты дернешься, я трахну твою задницу. Так что не шевелись.

Нура ничего не ответила, но, судя по напряжению в ее позе, можно было сказать наверняка – она услышала своего Змея. Ему нужно было совсем немного времени, чтобы забрать смазку, которая лежала в верхнем ящике. Щелчок флакона заставил Пташку чуть повернуть голову, а ощущение капающей вязкой жидкости между ягодицами, заставило ахнуть.

— Что такое, Нура? – насмешливо поинтересовался Уроборос, надавливая на ее анус и массируя его. – Уже думаешь пошевелиться?

Но она снова молчала, а он отложил флакон и другой рукой накрыл ее клитор, лаская его. Это сладкая пытка не только для Пташки, но и для ее Змея. Члены болезненно пульсировали, и Уроборос не выдержал, высвободив их. Нижний он направил во влагалище, входя так медленно, как только мог. А пальцы его немного отдалились от Нуры. Он ждал… Еще чуть-чуть… Когда казалось, будто вот-вот Уроборос сорвется и начнет трахать ее, она сама со стоном дернула бедрами, насаживаясь сильнее на его член и прижимаясь анусом к его пальцам, а затем замерла, будто поняв, что только что сделала.

— Проиграла, Пташка, – зашипел он, но застонал, когда она снова начала двигаться и хныкать под ним. – Морок! Ты меня убиваешь!

Отстраняться, когда Нура сама готова была скакать на нем, – мучительно, но Уроборос сделал это. Он перевернул ее на спину, любуясь раскрасневшимся лицом и блестящими от похоти глазами. Футболка все еще оставалась задрана, открывая грудь с затвердевшими сосками. Ноги Пташки были раздвинуты, ее блестящая от смазки плоть набухла от возбуждения. Она приподняла таз, будто с нетерпением ожидая, что случится дальше…

— Ты пошевелилась, – хрипло напомнил Уроборос, снова опускаясь на колени.

Нура рвано вздохнула и охнула, явно ощутив, как его палец проник в ее тугую попку.

— Ты готова принять поражение, Пташка?

Она закусила губу, продолжая молчать, пока ее Змей проникал все глубже. Еще немного, и он сделает то, что хотел давно – возьмет всю ее. Члены изнывали, а нижний, уже и без того влажный от естественной смазки Нуры, болезненно хотел поскорее оказаться в ее узком заднем проходе.

Уроборос взял флакон и выдавил еще больше смазки. Он добавлял пальцы, трахая попку Пташки, одновременно склоняясь над ней и посасывая клитор. Она стонала так громко, что, не будь в стенах шумоизоляции, соседи бы решили, что он убивает несчастную девушку. Все ее бедра были мокрыми от смазки, которая капала, оставляя темные влажные пятна на ткани. Уроборос выдавил еще из флакона, покрывая ею член, чтобы легче было проникнуть внутрь.