Книга Изменить 6-го, страница 328 – Хлоя Уолш

Эдель выразительно подняла бровь, как бы говоря: «Кого ты обманываешь?», а потом снова сосредоточилась на дороге.

Веди себя прилично, чел.

Не отпугни ее.

Нервно постукивая коленями, испытывая одновременно клаустрофобию и возбуждение, я вытер вспотевшие ладони о брюки и шумно выдохнул

Жизнь в Баллилагине продолжалась, а вот у меня не осталось ни работы, ни команды, ни матери, ни гребаной роли, которую нужно играть. Придется начинать с нуля, и, несмотря на многочисленные сеансы терапии, я понятия не имел, в каком направлении двигаться. Единственная стрелка, указывающая мне путь, вела прямо к Моллой.

— Шаннон ждет не дождется твоего приезда, — весело сообщила Эдель. — С рассвета хлопочет на кухне. Они с Олли и Шоном пекут для тебя торт.

Господи.

— Как они? — В горле встал ком, боль пронзила сердце раскаленным штырем — боль от осознания, что я бросил младших братьев и сестру в тот момент, когда они особенно во мне нуждались.

— Все зашибись, — усмехнулась Эдель.

Уголки моего рта невольно поползли вверх.

— Подкол засчитан.

— Мальчики чувствуют себя прекрасно. — Улыбкой Эдель можно было осветить целый квартал. — Даже лучше, чем мы могли надеяться — учитывая обстоятельства.

Слава тебе господи!

— А Шаннон?

Эдель с усмешкой закатила глаза:

— Залюблена моим сыночком до беспамятства. Они как старая супружеская пара. За уши друг от друга не оттащишь.

— Могу себе представить, — сухо откликнулся я, не имея ни малейшего желания вдаваться в подробности.

— Кстати, хотела посоветоваться с тобой кое о чем. — Эдель убавила громкость на магнитоле. — Поскольку ребята живут под одной крышей, я решила подстраховаться и отвела Шаннон к врачу. — Она с опаской покосилась на меня. — Милый, она с июня на противозачаточных. Надеюсь, ты не возражаешь.

Сам факт, что она спрашивала моего одобрения, тронул меня до глубины души. Эдель общалась со мной на равных, а не как с ребенком, за что я был ей очень благодарен.

— Нет, вы приняли верное решение. Конечно, стопроцентных гарантий нет, и я тому подтверждение. Но раз предохраняются, уже хорошо.

— Конечно, я сказала им держать себя в руках, — продолжала Эдель. — Но сам знаешь, тут от меня мало что зависит.

Да, мне ли не знать. Мы с Моллой в свое время проявили завидную изобретательность.

— Короче. — Я откашлялся, закатал рукава до локтей и заерзал на сиденье в попытке выразить словами то, что выразить практически невозможно. — Мне никогда не расплатиться с вами и Джоном за все, что вы сделали для моей семьи... — Я осекся и судорожно перевел дух. — Для моей семьи и лично для меня. — Господи, я ненавидел происходящее всеми фибрами души. — До сих пор не понимаю, почему вы решили нам помочь — и продолжаете помогать, но дураку ясно, что на такие поступки способен далеко не каждый. Сейчас мне нечем вас отблагодарить, да и не факт, что когда-либо удастся, но я в лепешку расшибусь, чтобы расплатиться с вами за доброту...

— Я люблю твою семью, Джоуи, — взволнованно перебила Эдель. — Всех до единого. Но тебя особенно, — подмигнула она.

Меня особенно.

Вот блин.

Ответить мне было нечего. Если откровенно, я не любил эту женщину, потому что мое сердце работало иначе, нежели у братьев и сестры. По-моему, оно вообще работало неправильно. Горло словно сдавило тисками, воздух застревал в легких, не давая вырваться словам, которые нужно было произнести.