Книга Изменить 6-го, страница 307 – Хлоя Уолш

— Интимность. — Взбешенный, я свирепо зыркнул в ее сторону. Охренеть у нее темы! Ни в какие рамки! — А она-то здесь при чем?

— При том, — поощрительно улыбнулась женщина. — Надо вспомнить твой первый опыт привязанности.

— Сексуальной?

— Предлагаю начать с эмоциональной. Родители когда-нибудь тебя обнимали?

— Родители?

Психиатр кивнула:

— Да. Твоя мама, к примеру?

Я моментально напрягся.

— Херовая тема.

— Но затронуть ее необходимо. Или я сбила тебя с мысли?

— Нет, — нехотя признался я, напрягая память. — Отец точно обнимал.

— Вот на этом давай и остановимся.

— В плане?

— Расскажи, что помнишь.

— Ну, мне было лет пять-шесть, — начал я, стараясь воссоздать картину давних событий. — Это случилось незадолго до того, как нас на полгода отправили под опеку. Я забил решающий гол в матче.

— В матче по хёрлингу?

Я кивнул.

— Отец так обрадовался, что подхватил меня на руки и подкинул вверх. — Я потер подбородок, из груди вырвался страдальческий вздох. — А потом повел в магазин и купил целую кучу сладостей. — Я нахмурился и добавил: — Помню, как подумал: если буду постоянно выигрывать, радовать отца, он перестанет избивать маму. Ну и начал без конца выигрывать.

— Помогло?

Я полоснул по ней взглядом:

— Сами как думаете?

— Любопытно.

— Интересно почему?

— После отца ты не упомянул о матери, хотя должен был.

— Просто на моей памяти она меня ни разу не обнимала.

— Душераздирающее признание, Джоуи, — протянула врач, углубившись в записи.

— Она хорошо относилась к Шаннон. — Во мне проснулось инстинктивное желание заступиться за маму, хоть та и лежала в могиле. — И к мальчикам.

— Но не к тебе.

Я пожал плечами:

— У нас были своеобразные отношения.

— А конкретнее?

— Конкретно она не воспринимала меня как сына, — сердито бросил я. — Скорее как соратника.

— Соратника?

Я кивнул.

Психиатр долго молчала, а после сменила тему:

— Расскажи о своем первом сексуальном опыте.

— Зачем? — ощетинился я. — Нужны советы?

— Сколько тебе было?

— Не знаю. Но случилось это на третьем году обучения. — Нахмурившись, я почесал подбородок и задумался. — Незадолго до пятнадцатилетия. Наверное.

— Наверное? — (Я только развел руками.) — Рановато. — (Снова тот же жест.) — Тебе понравилось?

— Не очень.

— Потому что ты еще не созрел?

— Нет, потому что не контролировал ситуацию.

На сей раз нахмурилась психиатр.

— Расскажи о девушке.

— Мы учились вместе. — Откинувшись на стуле, я убрал с лица волосы и старательно напряг память. — Мы с ней периодически сосались...

— Сосались? — перебила собеседница. — Извини, я не очень хорошо знакома с молодежным сленгом.

— В смысле, целовались, — пояснил я и, поразмыслив, добавил: — Лизаться тоже значит целоваться.

— Значит, вы с этой девушкой лизались?

— Если мы вместе оказывались на дискаче или еще какой-нибудь тусовке, то в девяти из десяти случаев сосались, — кивнул я.

— Ты испытывал к ней чувства?

— Нет, — честно ответил я. — В смысле, она не была мне неприятна, отличная девчонка. Мы, можно сказать, дружили, но чувств я к ней не испытывал. В отличие от... — Я покачал головой. — В общем, она... тупо подвернулась под руку.

— В отличие от Ифы, — догадалась психиатр. — Чувства ты испытывал к Ифе?

— Испытывал и испытываю до сих пор. — Я смущенно заерзал на стуле. — На тот момент мы с ней просто дружили. Она встречалась с другим чуваком. Ну, вы в курсе.