Книга Изменить 6-го, страница 250 – Хлоя Уолш

Одна песня.

Один день.

Вот и все наше общение, однако ради этой песни я заставлял себя просыпаться по утрам. Это были лучшие мгновения моего дня. Потом снова наваливалась тоска, и желание уколоться брало верх.

Так продолжалось неделями.

Keane — «Somewhere Only We Know».

Mazzy Star — «Fade into You».

Matchbox Twenty — «Unwell».

Шерил Кроу и Кид Рок — «Picture».

Дайдо — «White Flag».

Шакира — «Underneath Your Clothes».

Аврил Лавин — «I’m with You».

The Beatles — «Don’t Let Me Down».

The Verve — «The Drugs Don’t Work».

The Calling — «Wherever You Will Go».

День за днем, прежде чем поддаться унизительному соблазну и снова угодить в ад, я заходил в класс и искал ее взглядом. Меня по-прежнему тянуло к девушке со стены. Мне по-прежнему хотелось обладать этой девушкой больше, чем жить.

Моллой делала всякие приятные мелочи. Например, продолжала носить подаренную мною цепочку, а во время перекусов всегда клала передо мной последнюю конфету «Роло».

Я не сразу угадал в сегодняшней песне «Lightning Crashes» группы LIVE и лишь спустя, как мне почудилось, вечность осознал, сколько она для нас значит. Я уставился прямо перед собой, чувствуя себя как никогда уязвимым и виноватым.

Боль.

Она сжигала меня изнутри, испепеляла.

Понятно, чего добивалась Моллой этой песней, но меня было уже не вернуть обратно. Однако я по-прежнему позволял ей держать себя за руку. Позволял себе наслаждаться ее прикосновением, светом, способным хоть ненадолго рассеять мрак.

Я знал, что поступаю неправильно и причиняю ей еще бóльшую боль, но отчаянно нуждался в этом крохотном проявлении любви и заботы. Только бы Моллой задержалась еще на мгновение. Оцепенев, я безропотно позволял делать с собой что угодно. Видит бог, Моллой завладела мной целиком.

Она переплела пальцы с моими и сжала. Хотя я не ответил на пожатие, большой палец сам собой гладил ее хрупкие костяшки.

Своим поведением я заставлял ее страдать. Наступит день — и она не выдержит, отречется от меня, но уже ничего не исправить.

Я не мог выбраться из ямы, в которую угодил.

А самое ужасное — почти не хотел.

91

ОН МЕНЯ ПОДСТЕРЕГАЕТ

ИФА

Как ни больно было признавать, но отец моего будущего ребенка — героиновый наркоман. И от этой боли хотелось повеситься.

Годами я верила каждому его слову. Из-за безграничной любви не замечала тревожных звоночков, доносившихся отовсюду. Доверившись ему, я неосознанно сунула голову в петлю, и в какой-то момент она затянулась у меня на шее.

Даже сейчас, когда Джоуи пробрался через окно в мою спальню и, пошатываясь, двинулся к кровати, мне не хватило духу его прогнать.

Потому что я любила.

Любила парня, которым он был.

Мужчину, которым он стал.

Любила во всех его проявлениях.

Трясущийся в ознобе Джоуи опустился рядом со мной на постель, и матрас просел под тяжестью его веса.

— Моллой.

Зажмурившись, я усилием воли заставила себя не сорваться ради прежнего Джоуи, который еще таился под нынешней оболочкой.

— Джо.

— Мне т-так х-холодно.

— Иди сюда, — шепнула я и, по привычке перекатившись на бок, обняла его поперек груди.

— Так, н-на хрен, холодно, — лязгая зубами, пробормотал он и стиснул мою ладонь. — Б-блин, п-пр-рости.

Он искренне раскаивался.

Каждый божий день.

И всячески это демонстрировал.

Вот только потом все начиналось заново.