Книга Зацепить 13-го, страница 149 – Хлоя Уолш

— Живая? – спросил Джонни, когда я снова задышала, перестав корчиться.

Я вяло кивнула. Его рука лежала у меня на спине.

Я инстинктивно напряглась.

— А это что? – услышала я, когда его пальцы коснулись моей шеи над воротником школьной блузки. – У тебя синяки на шее.

Мое сердце панически сжалось, когда он отвел в сторону прядь волос и снова дотронулся до шеи.

— Шаннон, откуда у тебя это? – повторил Джонни.

— Это давнее, – прохрипела я, все еще хватая ртом воздух.

— А мне так не кажется, – ответил он, касаясь моей шеи.

— Говорю же, давнее, – упрямо повторила я, сбрасывая его руку.

Он не стал допытываться и отодвинулся. Спасибо и на этом.

Силы куда-то делись. Мне было стыдно. Я все так же стояла на коленях, упираясь руками в пол, опрокинутая волной глубокого унижения.

— Шаннон, – тихо произнес он, снова положив руку мне на спину. – Ты живая?

Я вяло кивнула, продолжая стоять на коленях и упираясь в них руками. Смотрела я в пол.

— Подожди здесь. – Это прозвучало как приказ. Джонни встал. – Я схожу за уборщиком.

— Не надо, – испуганно возразила я. – Сама уберу.

— И не вздумай, – сказал он. – Ничего страшного. Просто побудь здесь, я сейчас вернусь.

Едва стихли его шаги, я кое-как встала на ноги, подхватила рюкзак и помчалась в ближайший женский туалет в этом крыле школы.

Вбежав туда, я направилась прямо к умывальнику, открыла передний кармашек рюкзака и достала дорожную зубную щетку и тюбик пасты, которые я брала с собой везде и всюду.

Я была тревожной личностью, и от тревоги меня часто тошнило.

Такое случалось в неожиданных и неподходящих местах; зачастую в школе, как сегодня, поэтому я всегда находилась во всеоружии.

Меня снова трясло. Слезы жгли глаза. Я быстро почистила зубы и чуть не подавилась щеткой, засунув ее слишком глубоко в рот.

Почистив зубы, я убрала щетку и пасту в зип-пакет, а его – обратно в рюкзак.

«Ты в порядке, – мысленно внушала я себе, умывая руки и лицо. – Все будет хорошо».

Но я знала, что это не так.

Сколько бы я ни пыталась врать себе, в моей жизни все было нехорошо.

Шмыгнув носом, я повесила рюкзак за плечи, открыла ближайшую кабинку и достала из-под унитаза флакон чистящего средства.

Из дозатора у раковины я вытащила пару десятков бумажных полотенец и вернулась на место преступления.

Но оно исчезло.

Уборщик меня опередил и теперь шел в противоположную сторону, унося ведро и швабру.

— Я же просил меня дождаться, – послышался знакомый голос.

Обернувшись, я увидела Джонни, прислонившегося к шкафчикам.

— Мне надо было почистить зубы, – пробормотала я, шмыгнув носом.

— В школе? – удивился он.

— Со мной такое часто, – нехотя призналась я.

Джонни нахмурился. Он пристально смотрел на меня синими глазами:

— Тебе сейчас получше?

Я кивнула, смущаясь:

— Нормально.

— Хорошо.

Оттолкнувшись от шкафчиков, Джонни подошел ко мне и молча забрал дезинфектор и бумажные полотенца.

Я очумело смотрела, как он открыл дверь женского туалета, забросив внутрь то и другое.

— Сейчас я отвезу тебя домой, – объявил он, забирая у меня рюкзак и вешая себе на плечо.

Я вытаращила глаза:

— Не надо. Ты вовсе не должен…

— Я отвезу тебя домой, – повторил он, безотрывно глядя на меня. – Идем.

— Зачем? – хрипло спросила я.

— Что «зачем»? – не понял Джонни.

— Зачем ты мне помогаешь?