Книга Зацепить 13-го, страница 136 – Хлоя Уолш

Джонни я заметила еще на подходе. Прислонившись к шкафчикам, он разговаривал с парнями – судя по виду, сверстниками. Увидев его, я судорожно выдохнула.

Невидимость – великолепная штука и необходимое орудие выживания для таких, как я.

Общение с будущей звездой ирландского регби выбивает это орудие из рук.

Собрав в кулак всю свою смелость, я пошла прямо к нему, уповая на бурлящий адреналин, который доведет меня до цели.

Заметив меня, Джонни резко вскинул голову. Я ощутила его пристальный взгляд. Синие глаза были возбужденными и настороженными, но я не остановилась.

Не могла остановиться.

— Мне надо с тобой поговорить, – объявила я, подойдя к нему. Я дрожала с ног до головы.

Казалось, на меня сейчас смотрит тысяча пар глаз.

Я ожидала, что произойдет одно из двух: Джонни или прогонит меня, или согласится пойти в тихое место и там поговорить.

Когда он вскинул голову и тихо произнес: «Вон!» – я поняла, что была права насчет первого сценария.

Мои адреналин и смелость поспешили выполнить его приказ.

Понурив плечи, я повернулась, чтобы сделать то же самое, ощущая себя сдутым шариком. Но он теплой рукой взял меня за запястье и подтянул к себе.

— Не ты, – прошептал мне на ухо Джонни, поставив перед собой. – Они. – Синие глаза скользнули по двоим парням, которые глядели на нас с любопытством. – Валите, – тоном, не терпящим возражений, произнес он.

С изумлением и почти трепетом я смотрела, как оба парня и еще семеро учеников, находившихся в коридоре, молча повернулись и ушли.

— Ну и ну, – выдохнула я, когда мы остались в коридоре одни. – А ты тут правда шишка. – Я повернулась к нему и, как обычно, задрала голову, чтобы видеть его лицо. – Это было нечто.

Джонни наградил меня мальчишеской ухмылкой, которая тут же сменилась хмурым выражением, стоило ему взглянуть на мое лицо.

— Что случилось? – спросил он, в упор глядя на меня. – Какая тварь довела тебя до слез?

— До слез? – переспросила я и покачала головой. – Я же не плачу.

— У тебя глаза красные и опухшие, – сухо констатировал он. – Значит, ты плакала, причем недавно. – Его взгляд переместился на мою щеку. – И что за хрень у тебя с лицом?

— Что?

— Лицо. Щека красная.

— Со мной все в порядке, – буркнула я, пятясь от его слишком уж проницательных глаз.

Только тогда я заметила, что он по-прежнему держит меня за руку.

Джонни это тоже заметил, тут же убрал руку, отодвинулся и провел пальцами по своим растрепанным волосам.

— Что у тебя с лицом?

Отец ударил газетой…

— Да так, не обращай внимания, – пробормотала я, стирая с лица оставшиеся следы от слез.

— Назови имя, – прорычал Джонни, упирая руки в бока. – Я быстро разберусь.

— Что… нет! Говорю тебе, все совершенно прекрасно, – затараторила я. – Просто у меня аллергия.

— У меня тоже. Стойкая аллергия на придурков и всякое дерьмо, – проворчал Джонни. – А теперь назови имя того, кто довел тебя до слез, и я разберусь.

Я на мгновение задумала: а не сказать ли про отца? Интересно, правда ли Джонни с ним разберется?

Судя по выражению его лица, он бы мог.

Ему бы хватило и роста, и силы.

Я тряхнула головой, прогоняя нелепую мысль, посмотрела на него и произнесла:

— Мне нужно кое-что тебе сказать.

— Конечно нужно. Имя.

— Имя? Помолчи немного, – попросила я. – Я должна тебе сказать кое-что важное, а ты меня отвлекаешь.