Книга Спасти 6-го, страница 102 – Хлоя Уолш

И выглядел при этом так солидно, трогательно и, самое удивительное, сексуально, что дух захватывало.

Мы с отцом примкнули для скорбного ритуала к толпе соболезнующих, которые поочередно пожимали руки всему семейству, бормоча извечное: «Сочувствую вашей утрате».

— Ифа! – пискнул Олли, когда я поравнялась с ним. – Спасибо, что пришла.

— Как же иначе. – Я ласково улыбнулась мальчугану. – Соболезную по поводу дедушки.

— Ох, это так печально. Бедный дедуля умер от раскаления легких.

— Воспаления. – Тайг ткнул брата локтем и нехотя пожал мою протянутую руку. – Когда ты уже научишься правильно говорить, дубина!

— Тайг, не ругайся, – цыкнула на него Шаннон и приветливо повернулась ко мне. – Спасибо за участие.

— Прими мои соболезнования. – Я легонько сжала ее изящную ладошку и кивнула Шону. – И ты, малыш.

Не удержавшись, я взъерошила белокурые кудряшки мальчика и направилась к следующему члену семьи, которым оказался тот, ради кого я сюда и пришла.

— Сынок, очень сочувствую твоему горю. – Отец похлопал Джоуи по плечу.

— Спасибо, Тони, – поблагодарил он, поднял голову, и в зеленых глазах вспыхнуло удивление. – Привет, Моллой.

— Привет, Джоуи.

— Ты пришла.

— Ну конечно.

С минуту он смотрел на меня в упор и, порывисто вздохнув, пробормотал:

— Спасибо.

— Не за что. – Я крепко сжала его руку и, привстав на цыпочки, поцеловала в щеку. – Держись.

Он машинально кивнул и, отпрянув, покосился туда, где стоял мой отец, – проверить, не заметил ли тот чего-то лишнего.

— Ладно, до скорого, – шепнула я, разворачиваясь, чтобы уйти, хотя больше всего на свете мне хотелось остаться с ним. – Прими мои соболезнования.

— Еще увидимся, Моллой, – кивнул Джоуи.

— Ага. – Сердце лихорадочно забилось. Не владея собой, я повернулась, крепко обняла Джоуи и уткнулась носом ему в шею. – Непременно увидимся.

Он на мгновение застыл и, обхватив меня за талию, привлек к себе.

Я вцепилась в его рубашку, с порывистым вздохом еще раз поцеловала Джоуи в щеку и, с усилием отстранившись, побрела прочь.

— Говорю тебе, Триш, отец паренька – редкостный мерзавец, – услышала я, завернув после вечерней смены на кухню. – Ему плевать на все, кроме пьянки. Видела бы ты, как он сообщил сыну, что его дед при смерти. Последняя сволочь так не поступает. Ни стыда ни совести у человека, – продолжил отец, не замечая, что я, навострив уши, топчусь у холодильника и нарочито медленно перебираю яйца в лотке. – Бедный парень, у меня чуть сердце не разорвалось от жалости.

— Да, Джоуи не позавидуешь, – горестно вздохнула мама.

При упоминании его имени у меня участился пульс.

— Да, не позавидуешь, – согласился папа. – Представляешь, этот негодяй пытался стрясти с сына денег на выпивку.

— Шутишь?

— Если бы. Он на самом деле выманивал у парнишки наличку.

— Какой кошмар!

— Пап, ты сейчас прикалываешься? – выпалила я и с досады прикусила себе язык.

Молодец, блин, засветилась.

— А ты чего уши развесила, юная леди? – напустилась на меня мама. – Уже начало двенадцатого. Разве тебе не нужно с утра в школу?

— Я только вернулась со смены, – парировала я, кивая на униформу. – Или мне нельзя поесть перед сном?

— Рагу на плите, – сообщила мама и снова взялась за утюг, которым водила по футболке Кевина.

Да, глажка в этом доме не прекращалась.