Книга От друзей к возлюбленным, страница 110 – Салли Блейкли

— Я… – Чувствую, как все вокруг накреняется. Нечто важное подходит к концу.

— Солнышко, – говорит мама и тянется к моему плечу.

Я смахиваю ее руку.

— Со мной все в порядке, – отвечаю я, глядя на Рена.

Я хочу одного: сбежать вместе с ним в ночь. Спасти те чувства, что мы вновь обрели на этой неделе. Но не могу заставить его даже посмотреть на меня.

— Мы поговорим об этом позже, – обещаю я ему. Мы обязаны. Он даже не знает всех подробностей. Не знает, почему я бросила его в ночь Сашиной свадьбы.

Но оказывается, что «позже» не наступает. Этот безобразный спор фактически заканчивает вечер, и мы рассаживаемся по машинам, а все места у Рена уже заняты. Дома народ расходится по комнатам или устраивается у костровой ямы, и разговоры постепенно возвращаются к грядущему празднику.

Я наведываюсь в комнату Тэда, полагая, что Рен захочет поговорить с братом, но там пусто. На кухне Ханна ставит чайник. В коридоре я снова едва не сталкиваюсь с Алексом. Везде есть кто-то еще. Нет только Рена.

Когда я в последний раз проверяю гостиную, на диване сидит папа с телефоном.

— Погоди минутку, – говорит он, когда я прохожу мимо.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь.

— Ты не видел Рена?

Папа выпрямляется, кладет телефон на кофейный столик и похлопывает по диванной подушке рядом с собой. Я опускаюсь на краешек, начинаю теребить руки, и он накрывает их ладонью. Я опускаю голову, к горлу подступает комок.

— Знаешь, с кем будет здорово поговорить о таком? – спрашивает папа. Я кидаю на него затравленный взгляд. Догадываюсь, что он скажет. – С твоей мамой.

— Мама не хочет сейчас со мной разговаривать, – отзываюсь я.

— Она всегда этого хочет, милая.

Но я хочу поговорить с одним-единственным человеком. С этим кризисом я справлюсь только в том случае, если не стану торопиться. Мама подождет. Папа, похоже, это понимает, и его рука соскальзывает.

— Он где-то здесь, – говорит папа. – Дай ему время.

Но у нас нет времени, у нас остался лишь день. Я ищу и ищу, проверяю и перепроверяю комнаты. На лицах тех, с кем я сталкиваюсь, застыло одно и то же выражение: нечто среднее между желанием отстраниться и жалостью. Никто не знает, что сказать. За какой бы угол я ни заворачивала, найти Рена не получается.

В итоге я возвращаюсь на веранду. Сажусь в изножье кровати и кусаю нижнюю губу, пока она не начинает болеть.

Я жду, пока дом не затихает, а ветерок, проникающий в окна, не становится холодным. Пока мой опустевший разум не наполняется лихорадочными мыслями, а потом не пустеет снова.

Рен не возвращается.

Саша и Алекс

Портленд, Орегон

Глава двадцать шестая

— Сестра вернулась в Портленд! – кричит Стиви из окна машины, когда я выхожу из аэропорта с багажом.

Я мчусь к ней, капюшон пуховика спадает с головы. Закидываю в багажник вещи, ныряю на пассажирское сиденье и, перегнувшись через кресло, обнимаю ее.

— С возвращением в Орегон! – говорит Стиви, выезжая из зоны прилета и выкручивая музыку на такую громкость, что приходится кричать.

Рен бы забрал меня из аэропорта, но Стиви настояла, что это будет она, а я убедила Рена, что мы не спалимся, если не будем торопиться со встречей, так что он не возражал. Отчасти я все еще боюсь грандиозности происходящего, все еще не могу осмыслить, что мои чувства к Рену вообще существуют, насколько всепоглощающими они стали и насколько легко я готова рисковать нашей историей и дружбой, чтобы удовлетворить любопытство. И не только нашей дружбой, но и дружбой наших близких. Тем, что связывает нас всех, что началось задолго до Рена или меня. А что, если мы объявим об отношениях, а потом Рен передумает? Что, если он проснется и решит, что и правда любит Аманду? Что тогда станет с нашими семьями? С домом? Сможет ли все снова вернуться в норму?