Книга Давай поженимся, страница 29 – Юлия Резник

— Справлюсь.

— Нет, — отрезает она. — И даже не спорь! Поведу я.

Натурально роняю челюсть.

— Только через мой труп.

— С чего это?

— Напомнить тебе, что ты въехала в меня на пустой парковке?

— Это было недоразумение!

— Это было на ровном месте!

Мы спорим. Дети хихикают. Нет, по-хорошему, столько часов в дороге с моей ногой — действительно могут стать испытанием, но…

— Пап, дай маме порулить, — тянет Николь. Я замираю от такой оговорки. Это просто случайность. Либо же она имела в виду — маме Кира. Но это так меня потрясает, что я послушно протягиваю Элле ключи.

— Так бы и сразу! — сверкает глазищами та.

Выдвигаемся спустя четверть часа.

— Пристегнулись все? — бросает Элла через плечо.

— И помолились, — бурчу под нос. Но людоедочка меня, конечно же, слышит. Машина плавно трогается. Эта невыносимая баба задирает нос, мол, видел? Все как по маслу! Ну, дай-то бог.

Стремительно темнеет. Я сто раз пожалел, что мы не выехали пораньше. В лесу вообще хоть глаз выколи. Еще и рыхлый снег… И вдруг — лёгкий поворот. Элла сбрасывает скорость, а потом нарочно добавляет газа. Зад машины уходит в сторону.

— Ты что творишь?! — рявкаю, хотя она не делает ничего, чего бы я сам не делал по дороге к базе. Машина мягко входит в контролируемый дрифт, описывает дугу и выравнивается. Сзади раздаются визги.

— Мамааа, ещё!

Элла хохочет. Громко, по-настоящему. Я пытаюсь сохранять серьёзность, но губы предательски дёргаются.

— Не смей! Ещё раз так сделаешь — высажу.

— Не высадишь. Здесь тигры! — усмехается она. И, чёрт побери, в её глазах столько живости, столько огня, что злиться по-настоящему невозможно. Благо она не берется испытывать мое терпение дальше.

Дорогой украдкой ее рассматриваю. Элла внимательна и сосредоточена, но улыбка всё равно нет-нет да появляется на ее неприличных губах.

Пока дети и Элла делают свои дела на уже знакомой заправке, я покупаю упаковку пива. Как раз расплачиваюсь, когда людоедочка выходит, вытирая на ходу руки бумажным полотенцем. Заметив меня, опускает взгляд в мою корзинку и хмурится.

— Это что?

— Пиво. Ты вроде под рыбку хотела.

Она кивает. Подходит ближе и шепчет мне прямо в ухо:

— Да! Но ты с ума сошел покупать его на заправке?! Оно тут дороже в два раза!

От ее горячего дыхания у меня по спине ползут мурашки. А от сказанного теплеет в груди. Все же… Элка классная, хоть и с конкретной придурью.

— Да и черт с ним. Шиканем разок — не разорюсь.

— Ну, как знаешь.

Из туалета выбегают дети. И дальше мы едем уже без остановок прям до самого дома. А уже выйдя из машины, замечаю свет в своих, мать его, окнах… Так. Это еще что такое?

Элла

— Постойте здесь. Я сейчас.

Макар скрывается в подъезде, а я остаюсь на улице сторожить детей и наше барахло.

— Может, вы забыли выключить свет? — взволнованно уточняю у Николь.

— Нет, — уверенно мотает головой она. — Папа даже эти… Как они называются?

— Счетчики?

— Да! Вот… Он даже их выключил.

Это меня ни капли не удивляет. Макар из тех, кто, закрыв дверь, дважды подергает ручку, а до этого убедится, что газ перекрыт и окна — на защёлке. Внутри неприятно холодеет. Кто это может быть? После истории с Виктором я, кажется, во всем стала видеть угрозу. И теперь фантазия услужливо подкидывает картинки одну ужасней другой.