Онлайн книга «Собственность жестокого»
|
Неизвестно, сколько вообще людей погибло в этой бойне. Что с Владом? Сколько людей со стороны Руслана было убито? Что за пленника они там взяли? Мне предстояло со всем этим разобраться, пока Руслан борется за свою жизнь. Организовать ему охрану, чтобы его не добили в больнице, пользуясь его беспомощным положением. Одному богу известно сколько ещё врагов у нашей семьи. — Сергей, — обратилась я к охраннику. — Вызовите себе подкрепление и следите за моим мужем и тем раненым мужчиной в оба! Вечером я пришлю вам на смену людей. — Принято! — У меня нет даже мобильника… — У ребят есть мой номер телефона, если что, они со мной свяжутся. — Если Руслан Валерьевич очнётся или… — я не смогла произнести вслух это страшное слово. — Сообщите мне незамедлительно! — Я всё понял, Ульяна Игоревна, — заверил меня Сергей. Мне нужен был новый начальник охраны на место Кирилла. Я вообще не знала людей Руслана, так что понятия не имела, кого назначить главным. Но кого-то было нужно выбрать. Для начала нужно было собрать вместе остатки охраны Руслана и моего отца. Перекусив по дороге в первом попавшемся кафе, я поехала в дом отца. Его точно кто-то охранял, насколько мне было известно. Сейчас каждый человек был на счету, так что папины люди тоже на что-то бы сгодились. После смерти папы я всего раз бывала в этом доме. Больно было видеть запустение, царившее здесь. Я с волнением переступила порог дома, который когда-то был моим. Он казался таким привычным и одновременно чужим. Воздух, наполненный ароматом старых вещей и воспоминаний, проникал в каждую клеточку моего тела, вызывая легкое трепетание в сердце. Тут было все тем же. Старая деревянная лестница скрипела под моими ногами, словно приветствуя моё возвращение. Комната, в которой я провела почти всю свою жизнь, казалась меньше, чем я себе ее запомнила. Когда-то она казалась огромной и полной чудес, но сейчас в ней осталось только то, что тесно связано с моими воспоминаниями: длинный стол для рисования, яркие занавески и мои старые игрушки, купленные отцом. Я медленно прошла через коридор, ощущая, как время вновь набирает скорость, и войдя в спальню отца, обнаружила, что та таинственная атмосфера, которая всегда витала в этих стенах, по-прежнему здесь. Кровать со скучными ромбами на покрывале, книги на полке и портреты моих родителей на стенах — все это создавало впечатление полноты семьи и безопасности. Но, несмотря на все это, воздух пронизывала грусть. Этот дом, который когда-то был наполнен теплотой и счастьем, теперь казался памятником минувшей эпохи. Я чувствовала, что время остановило свой бег в этих стенах, и теперь мне здесь не место. Мой дом у Руслана. Скользнув взглядом по фотографиям родителей, я вспомнила, зачем зашла в спальню отца — мне нужна была фотография для могилы мамы. Папа так любил её, что до самой смерти любовался её образом. Почему она нас бросила, я так и не поняла, хотя мама пыталась объяснить. Я жаждала найти ответ на этот вопрос, а теперь это всё в один миг стало неважным. Я сняла со стены выгоревший от солнца, пожелтевший от времени портрет мамы и провела пальцами по её лицу. Ещё утром она была жива, а теперь её нет, и мне снова её не хватает так же, как и папы. На фотографии мама была молодой, примерно моего возраста. У неё были счастливые, тёплые глаза, а не те, которые я видела в последнее время — острые и проницательные, ждущие подвоха. |