Книга Собственность жестокого, страница 49 – Хельга Дюран

— Ладно, Рус, я с тобой! Только не говори потом, что я тебя не предупреждал!

Больше бандиты ничего интересного не рассказали, поэтому я тихонечко прокралась в свою комнату и легла спать, будто и не подслушивала, и не подглядывала за этими страшными людьми. От тревоги не спала всю ночь, ворочаясь с боку на бок.

Лучше бы я ничего не знала о планах маминой шайки. Правду говорят — меньше знаешь, лучше спишь. Что же мне теперь делать?

Сделать так, как хочет мама — стать наживкой для Умара и Руслана? Ждать, пока они не поубивают друг друга? А вдруг Руслан не сможет победить Умара, и тот его убьёт, а потом придёт и за мной? Или мой муж всё же победит ненавистного мне чеченца, а потом доберётся до нас и убьёт всех — и меня, и маму и её прихлебателей?

Боже, почему все друг друга ненавидят? Обязательно кто-то должен умереть?

Мне только Умара было не жалко. Пусть бы он поплатился за смерть моего отца, и больше мне ничего не нужно для счастья. За всех остальных душа болела. Да, мама у меня чокнутая, и я не понимаю её мотивов захватить единолично всю бандитскую власть, но я не переживу, если с ней что-то случится. Я только нашла её, мы только начали сближаться, а я уже рискую её снова потерять, только теперь уже навсегда.

Кто бы знал, как мне не хотелось во всём этом участвовать. Было одно желание — уснуть и проснуться совсем в другом мире, где нет никаких разборок, где люди нормально уживаются друг с другом и никто никому не желает зла. Или забиться в угол и плакать, пока я не вырыдаю всю свою боль и разочарование. Слёзы не помогут — это я знала точно, но что я ещё могла сделать?

Мне нужно было в первую очередь думать о своём ребёнке, сохранить жизнь себе и ему, а я думала о том, как защитить его отца. Это он должен был меня защищать. ОН! А вместо этого я в бегах от него же, лежу и думаю, как предупредить его о ловушке.

Мне было не по силам разрешить эту бандитскую войну за власть, но я была обязана поговорить с Русланом до того, как его прикончит моя сумасшедшая мать, возомнившая себя королевой бандитов.

Пусть мой муж скажет мне в лицо, что никогда не любил меня, пусть признается, что трахая меня, он думал только о деньгах моего отца. Может быть, если я расскажу ему о том, что беременна, он сжалится надо мной и нерожденным малышом и оставит нас в живых? Я же могу отказаться от наследства, от мужа, вообще от чего угодно и от кого угодно?

А маму куда я дену? Чёрт…

Спасти всех, кто мне дорог, я не могла, придётся выбирать того, кто дороже. Мама жила как-то без меня десять лет? И дальше проживёт. Пока она ничего плохого Руслану не сделала, так что и убивать ему её незачем. Если она откажется от своего утопичного плана, то опасности от неё никакой.

Как теперь провернуть всё это? Времени совсем мало. Каждый день на счету.

Нужно поговорить с мамой, хотя бы попытаться достучаться до неё. Если не выйдет переубедить её или уговорить отказаться от идеи захватить власть, придётся бежать, чтобы предупредить Руслана об опасности. Может быть, его смягчит такой благородный поступок с моей стороны? Не может он быть настолько бессердечным, чтобы вообще ничего не чувствовать?

Половину ночи я снова слушала сладостные стоны, доносившиеся из маминой спальни, а вторую половину голодное урчание в своём животе. Нужно было встать и перекусить чем-нибудь, чтобы успокоить проголодавшийся животик, но я боялась наткнуться на кого-либо из обитателей дома. Даже маму пока не была готова видеть, потому что не проговорила в голове разговор с ней.